Наказание Дамира

Мой нос щекочет запах терпкого мужского парфюма, губы неконтролируемо вздрагивают в нервной улыбке. Дамир, расположившись, широко расставляет ноги, отчего его бедро плотно прижимается к моему, и мне хочется тихонько протяжно выдохнуть. Кончики пальцев начинает покалывать, я рассеянно глажу прохладный стакан с мохито перед собой. И натыкаюсь помутневшим взором на изумленную Катю.

Чёрт…Резко прихожу в себя.

В это же мгновение ощущаю, как Дамир весь непроизвольно напрягается. Видимо, Катю заметила не только я. Словно в замедленной съемке вижу, как у нее открывается алый, идеально накрашенный рот.

— Приве-е-ет! — тянет она, улыбаясь Керефову во все тридцать два, — Помнишь меня???

— Да, — Дамир откашливается в кулак, щурясь, и небрежным жестом подзывает официанта, — Екатерина, если не ошибаюсь…

— Катя, да, — медленно кивает она, оценивая каждое его микродвижение. И выражение моего лица тоже…

В итоге улыбка застывает на губах Фирсовой, становясь неуверенной. Над нашим столом повисает гнетущее молчание, которое, слава богу, не так очевидно из-за идущего концерта. Дамир сцепляет в руки в замок, подается вперед и в упор смотрит на меня, повернув голову. Так пристально, что вся левая сторона моего лица моментально начинает зудеть. И от такого явного внимания Керефова, на меня тут же переключаются все остальные: Рома, Марина и, конечно, Катя тоже…

Мне хочется сгореть со стыда в эту секунду…

Подружка, прости, я правда не знаю, почему я…Ведь ничего такого, да?

— Вы… — Катины глаза истерически поблескивают в мигающих лазерах освещения, — …Да?

Во рту сухо, и я сначала сглатываю, пытаясь прогнать дерущее ощущение в горле, прежде, чем ответить…

— Дамир Тинранович — наш начальник, — поясняет Рома, встревая раньше меня и опять не до конца понимая, что вокруг происходит, — Дамир Тигранович, это Марина, а это Катя, вы знакомы?

Катя кивает, продолжая пристально смотреть на меня. Мысленно проваливаюсь на первый этаж. С точки зрения Фирсовой мой поступок равноценен деянию Иуды, я знаю. И уже вижу приговор в ее миндалевидных глазах.

— Очень приятно, — бросает Дамир, равнодушно мазнув по Марине, не взглянув больше на Катю, и снова поворачиваясь ко мне, — Что будешь, Жень? Тебе заказать что-нибудь?

Катя резко подскакивает с барного стула, так что металлические ножки противно скрежещут по полу. Я вздрагиваю и поднимаю на нее глаза.

— Жек, пойдем в туалет.

— Эм… — я совсем не уверена, что куда-то хочу с ней сейчас идти.

— Пойдем, поможешь…

Но кто меня спрашивает? Катя уже подскакивает ко мне и стягивает с моего места как какую-то куклу. Приходится, всем улыбнувшись, плестись за ней и, пока иду, морально готовиться к разговору.