Дамир. Любой ценой

В моей голове!

– Стой! Ди-на! – это не голос в моей голове. Этот голос настоящий. Его...

На плечи опускаются руки. Цепкие пальцы впиваются в мою кожу. Давят. Он разворачивает моё тело лицом к себе. Встряхивает. Дёргает за подбородок, призывая поднять взгляд на него, а я…

Медленно теряюсь в пространстве. Ноги шатаются. Руки не слушаются. В голове бахает молот, а сердце скачет настоящим галопом.

Не верю. Отказываюсь верить своим глазам. Что он здесь делает? Почему смотрит на меня покрасневшими глазами? Плачет? Нет. Отрицательно киваю головой. Дина, не сходи с ума, пожалуйста!

– Почему ты мне ничего не сказала? – кричит грозно, пугающе.

Я шевелю пересохшими губами. Хочу сказать, но, кроме звуков, ничего больше не произношу.

– Дина! Твою мать! Говори со мной! – орёт ещё громче.

Глава 18

Дина"

"В его глазах полыхает огонь. Дамир устрашающе смотрит на меня, нависая сверху. Тиски его пальцев впиваются в кожу. Мне больно. Физически. Морально.

– Ну-у, – тянет сквозь зубы. – Не говоришь. Снова.

Разжимает пальцы. Убирает руки с моих плеч. Отстраняется. Хватается за голову, опуская её вниз. Смотрит странным взглядом, пугающим.

Истерически смеётся:

– Блядь! Как можно было скрывать от меня беременность. Ребёнка! Неужели, я заслужил подобное? А, Дина? Я заслужил?!

Ничего не говорю. Пячусь назад. Я боюсь его. Мне страшно. Этот безумный взгляд, дикий оскал на лице... Такого Дамира я вижу впервые!..

– Куда собралась? – рявкает.

Направляется в мою сторону. Снова хватается за плечи. Трусит, как тряпичную куклу, а я...

Плачу. Опять. Прикрываю глаза. Закусываю губу. Нет. Не хочу с ним говорить. Пусть всё закончится. Пусть уйдёт. Он не видел ребёнка. Не носил его под сердцем. Не терпел все прелести токсикоза, уставших ног и бессонных ночей. Не поймёт. Не дано понять!

– Почему умер мой сын? – не спрашивает, а рычит. Дикий зверь, а не человек.

Я должна отвечать? Правда?

– Дина, почему он прожил всего неделю?

Не знаю откуда, но во мне появляются силы. Будто невидимая аура окутывает моё тело защитным кольцом, и я становлюсь смелой. Больше не плачу. Больше не боюсь.

– Кто ты такой, чтобы задавать мне эти вопросы? – произношу без запинок.

Дамир не ожидает. Удивлённо ведёт тёмной бровью, щурит глаза.

– Отец ребёнка.

– Самоуверенно, – ухмыляюсь, надев на лицо маску безразличия. – Но нет.

– Что ты только что сказала? Ребёнок не от меня?

– Я этого не говорила.

– Не говорила. Поставила перед фактом. Не ври мне, Дина! Если не расскажешь сама, то рано или поздно я узнаю правду. И тогда сверну тебе шею, если ты сейчас врёшь! Ребёнок мой?

– Оставь. Меня. В. Покое, – строго чеканю каждое слово. – Прекрати преследовать. Уйди с моей дороги. У тебя своя жизнь, а у меня своя. Я тебе ничего не должна и не собираюсь говорить на какую-либо тему.

Делаю глубокий вдох.