Великосветская дама

Джорджиана пришла к заключению, что клерки в конторе мистеров Уитуортов или даже сами адвокаты оказались куда менее сдержанными, чем она наивно полагала.

Белла, разумеется, принимала это внимание как должное, все еще надеясь, что Джорджиана поддастся уговорам какого-нибудь из наиболее настойчивых кавалеров. Сама же Джорджиана с гневом думала о том, что такая ситуация у любой девушки может до конца жизни отбить охоту выходить замуж. Как ей поверить в искренность джентльмена, уверяющего, что любит ее, а не финансовое благополучие, которое сулит ему их брак, когда все вокруг ведут себя так, будто ее вновь обретенное состояние представляется делом первостепенной важности?"

"Раздраженно фыркнув, Джорджиана перевернулась на постели и стала дергать ногами в воздухе, чтобы расправить юбки. Она удалилась в свою комнату отдохнуть перед ужином и приемом у Мессингемов. Впервые со времени ее приезда на Грин-стрит Белла последовала ее примеру и тоже решила прилечь после обеда. Рассматривая рисунок полога из розового шелка, Джорджиана размышляла о своей подруге. В последнее время Белла явно больше уставала, хотя румянец на ее щеках уж никак не являлся показателем недомогания. Все же Джорджиана не понимала, зачем Белле нужны эти бесчисленные балы и приемы. Для нее самой блеск бесконечной череды балов и приемов быстро померк и уже не вызывал прежнего душевного трепета. Теперь она отлично понимала жалобу Беллы на скуку.

Джорджиана перевела взгляд на гардероб, в котором висели ее платья. Надевая свои новейшие приобретения, она всегда приводила Беллу в восторг. Джорджиана усмехнулась. Ну как ей было отказать Белле в такой маленькой услуге, когда та всю свою энергию направляла на устроение ее, Джорджианы, будущего. И ничто, похоже, не могло сбить Беллу с выбранного пути – ее обожаемая Джорджи должна стать женой аристократа.

Глядя на пробивающийся через щель в занавесках солнечный луч, Джорджиана в очередной раз дивилась причудам судьбы, подарившей ей приемную сестру. Она быстро поняла, что, получая заботу и любовь человека, нужно платить ему тем же. Однако в одном Джорджиана оставалась непреклонной: она выйдет замуж по любви или навсегда останется старой девой.

При мысли о любви перед ней возникло прекрасное лицо, напоминающее застывшую маску, с яркими голубыми глазами, которые, глядя на нее, затуманиваются и темнеют. Джорджиана решительно прогнала этот образ, уверяя себя, что мечты свойственны лишь детям.

Правда заключалась в том, что, не имея поддержки лорда Элтона, она, возможно, сбежала бы обратно в Италию сразу после сделанного в «Линкольнз инн» открытия. Теперь ей стали совершенно ясны истинные намерения Чарльза, этого дьявола во плоти.