Дама в автомобиле, с ружьем и в очках

Я увидел человека, лежащего на полу, рядом с ним валялся карабин. Я хорошо разбираюсь в оружии. Когда-то я был хорошим охотником. Это автоматический винчестер калибра 7.62 с нарезным стволом. Начальная скорость пули 700 метров в секунду. Он не мог остаться жив. Если бы одна из двух выпущенных в него пуль угодила в голову, она бы снесла ее начисто.

Сначала я нагнулся и осмотрел ружье. У меня тут же исчезла всякая надежда, что мы снова вернемся к нормальной жизни. Если бы Анита стреляла из автоматического ружья, я бы сразу вызвал полицию. Мы бы представили все как несчастный случай. Но у винчестера рычажный взвод, то есть нужно перед каждым выстрелом передергивать спусковую скобу. Наверное, вы видели такое в вестернах, Дани. Не могли не видеть, как непобедимый красавец укладывает штабелями краснокожих. Думаю, Анита тоже видела, потому и справилась с затвором. Она выстрелила три раза, никто не поверит, что это был несчастный случай."

"Я внимательно смотрел на этого человека. Я его знал. Его звали Жюль Коб. Я много раз встречал его на приемах. Он был дважды ранен в грудь. Я распахнул его халат, чтобы рассмотреть поближе. Она стреляла в упор. Я поднял глаза и сразу же увидел, куда попала третья пуля – маленькая черная черточка неподалеку на бетонной стене. В углу валялся кусочек расплющенного свинца. Я положил его в карман.

Анита все еще плакала и глупо икала. Я спросил ее, почему она убила этого человека. Она ответила, что он больше не хотел ее, что они много лет были любовниками. Она была знакома с ним еще до того, как мы поженились. Я дал ей пощечину. Она отлетела к стене. Она ударилась головой, ее красное платье на нижней юбке задралось. Я увидел ее голые ляжки и треугольник трусиков. Тогда я совсем озверел от ярости. Я схватил ее за волосы и за ворот платья, рывком поставил на ноги и снова ударил. Она сказала: «Умоляю тебя». Я снова поднял ее и ударил наотмашь. Я долго смотрел, как она валялась у моих ног, прижавшись лбом к полу. Она продолжала плакать, хотя была в полуобморочном состоянии. Я подхватил ее под мышки и заставил подняться по лестнице. Из носа у нее текла кровь. Я довел ее до той комнаты, где вы потом печатали на машинке. Толкнул в кресло. Стал искать воду, открыл дверь в соседнюю комнату и увидел на стене фотографию голой Аниты. Я прислонился к этой стене и заплакал. Думал о своей маленькой дочке. Это единственное, что есть у меня в жизни. Вы должны меня понять, Дани. С тех пор, как она родилась, я наконец узнал, что значит безграничная, безраздельная, фанатическая привязанность в их абсолютном выражении. Я решил убить вас, прежде всего, чтобы защитить свою дочь. И это главное. Все остальные объяснения бессмысленны.

Весь план строился на той информации о вас, которой я располагал.