Дама моего сердца

 — Она мне говорила, что бесплодна.

— Она не была бесплодной, Камерон, — сочувственно сказала Эвери. — У нее родился сын. Черноволосый, черноглазый, смуглый мальчуган с маленьким родимым пятном в форме звездочки внизу живота. — Эвери поразилась тому, что Джиллиана так спокойно смотрит на Камерона. Сама она боялась взглянуть на его искаженное гневом лицо. — Ваше последнее свидание принесло свои плоды.

— Откуда тебе это известно? Откуда ты вообще знаешь, кто такая Энни Ситон?

— Я с ней не знакома, только слышала о ней. Моя кузина Элспет разузнала все об этой женщине, хотя никто не знает, кто отец ребенка. Скорее всего единственными, кто видел тебя в деревне, были твоя любовница, бывший владелец коттеджа, у которого ты его купил, и тот самый испуганный бедняга, которого ты застал в постели своей любовницы. Мою кузину захватил в плен сэр Колин Макрей и некоторое время продержал в этом коттедже.

— Этот Макрей доводится Энни кузеном, а он знатного происхождения. Она любила хвастаться этим родством, чтобы показать, что она на голову выше всех остальных жителей деревни. — Камерон покачал головой. — Мне кажется, она считала, что знатное происхождение ее кузена заставит и меня взглянуть на нее другими глазами и, быть может, даже жениться на ней. Ты думаешь, она собирается шантажировать меня этим мальчиком? Попытается женить меня на себе, мотивируя это тем, что ребенку нужен отец? Да нет, она не настолько глупа, правда, тщеславия в ней хоть отбавляй.

— Камерон, ее уже нет в живых, — с трудом выговорила Эвери и не заметила в его взгляде никакой боли, лишь ужас и еще — легкое замешательство. — Ее обвинили в колдовстве, повесили, а потом сожгли на костре. Элспет считает, что это сделали в первую очередь потому, что она переспала почти со всеми чужими мужьями и вовсе в этом не раскаивалась, а, наоборот, гордилась своими подвигами. Хотя она и не была колдуньей, после ее смерти вскрылось такое, что люди сочли ее вполне заслуживающей наказания. В глубине сада обнаружили трупы двух мужчин и трех младенцев. Все решили, что, если у нее не получалось устроить себе выкидыш, она просто убивала своих новорожденных детей и закапывала.

— Боже правый! — потрясенно выдохнул Камерон. При одной мысли о том, что он состоял в близких отношениях с подобной особой, ему стало тошно. —А мой ребенок?

— Его она оставила в живых, рассчитывая, вероятно, что ты к ней вернешься, хотя и не могла быть в этом уверена. А когда поняла, что этого не будет, очень на тебя разозлилась. Чтобы тебе досадить, она не окрестила мальчика и никак не назвала его, считая, что, если он умрет, она сможет упрекнуть тебя в том, что твой сын умер некрещеным и безымянным. Так она и заявила священнику.