Дама моего сердца

Три из них — Джоан, Мэри и Тереза — были удивительно похожи друг на друга: невысокого роста, пухленькие, темноволосые и кареглазые. Четвертая, Энни, жена Раналда — одного из самых старых солдат Камерона, — сильно от них отличалась. Она была высокого роста, черноволосая, полногрудая, искренняя и любила покомандовать. Впрочем, Джоан, Мэри и Терезе нужна была твердая рука. Женщины были милы, исполнительны, но не более того. Ухаживая за Питером, Эвери услышала, как женщины возбужденно заспорили на жуткой смеси французского, гэльского и искаженного английского о том, кто из них лучше печет овсяные лепешки. Эвери и Энни переглянулись. Джиллиана попыталась утихомирить спорщиц, и ухмылка Эвери стала еще шире.

— Интересно, как они понимают друг друга? — удивилась Эвери, качая головой.

В ясных серых глазах Энни вспыхнули задорные искорки.

— Это только когда они злятся, кажется, что они шипят, словно рассерженные гусыни. На самом деле француженки очень быстро выучили английский язык. А малышка Тереза даже немного говорит по-гэльски. Эти две француженки вовсе не глупы. Они прекрасно понимают, что чем больше они будут знать, тем более прочное положение займут в Кейнморе, вот и стараются изо всех сил.

Убедившись, что Питер спит, Эвери повернулась к Энни:

— Ты хорошо знаешь сестру Камерона?

— Да нет, не очень. Ведь я всего лишь жена воина, имеющего невысокое звание.

— И все-таки какая она?

— Я не должна плохо говорить о сестре лэрда. — Энни вздохнула и покачала головой. — Но мы обязаны тебе и малышке Джилл своей жизнью. Поскольку наш лэрд, судя по всему, не собирается даровать вам обеим свободу, будет только справедливо рассказать тебе о том, что ожидает вас в Кейнморе. — Энни встала и помогла Эвери подняться. — Пойдем нальем себе немного вина, сядем в тенечке и поболтаем.

Эвери не заставила себя долго упрашивать. Удобно устроившись под большим деревом, она спросила:

— Ты думаешь, если я буду больше знать о сестре Камерона, это изменит мое положение?"

"— Может, и не изменит, — пожала плечами Энни, — однако поможет понять. А ты вправе знать кое-что о девице, чья ложь втянула тебя в такую беду. — Энни поморщилась. — Я бы не стала называть родную сестру лэрда лгуньей, хотя многие из наших людей считают, что она либо такая и есть, либо ошиблась в своих обвинениях. — Эвери сердито нахмурилась. — Девочка всю жизнь росла без матери, которая умерла вскоре после ее рождения. Старый лэрд скончался, когда она была еще ребенком. Есть у нее тетушка, но если ты назовешь этих трех стрекочущих без умолку трещоток глуповатыми, то тетю Агнес ты и вовсе сочтешь непроходимой дурой. Она милая, добрая, но ужасно доверчивая. Ее любой обведет вокруг пальца.