Дама с коготками

Время от времени у меня случаются сосудистые спазмы. Притупляется зрение, потом слух. Левый глаз пронзает адская боль, вместе с тошнотой начинается сильное головокружение. В такой момент лучше всего очутиться в постели.

Серж Радов, бросив на меня взгляд, сказал:

– Вам плохо.

– Нет-нет, ничего, просто устала. Поеду домой.

– В таком состоянии нельзя садиться за руль, – предупредил Серж.

Конечно, он прав. Боль стремительно нарастала, и перед глазами пошли черные круги, я видела все словно в тумане. Крепкие руки подхватили меня под локти и потащили к двери. Еще через пару минут я лежала на заднем сиденье в машине Радова. Покачиваясь на неровной дороге, «Мерседес» ехал в сторону Москвы.

«Интересно, как ему с такими очками выдали права», – вяло подумала я и провалилась в сон.

– Даша, сядьте, – раздалось внезапно над ухом.

Веки разлепились, и, словно подернутое дымкой, возникло лицо Сержа. Висок нестерпимо ломило, потная спина чесалась, а ноги совершенно заледенели.

– Где мы? – пробормотала я, вылезая из машины.

– У меня дома, – ответил Серж, – пойдемте, сейчас все пройдет.

– Если приключается такая штука, ничего не помогает, – безнадежно сообщила я, следуя за профессором, – один раз промедол укололи, и без толку.

Серж, не отвечая, отпер дверь и втолкнул меня в гостиную. В тот день, когда мы нашли тут мертвую Изабеллу, комната выглядела аккуратней. Сейчас здесь пахло сыростью.

Радов усадил меня в большое кресло, сам устроился напротив и ласково спросил:

– Руки, ноги замерзли? Сейчас почувствуете, как они теплеют и становятся тяжелыми. Вам делается очень тепло, просто жарко.

Звук его голоса обволакивал, я чувствовала, что погружаюсь в горячую ванну. Руки моментально согрелись, приятное тепло разлилось по телу и проникло в несчастную голову. Перед глазами неожиданно возникло поле, усеянное васильками. По нему, раздвигая цветы, шла бабушка, ведущая на поводке давно умершего тибетского терьера Снапика. Стало удивительно легко и хорошо.

– Что вы видите? – спросил кто-то.

Язык помимо воли начал описывать видения. Картины сменяли друг друга. Откуда-то из глубин выплывали давно забытые воспоминания. Захлебываясь, я выкладывала самые дурацкие сведения. Потом все исчезло.

– Прошла голова? – спросил кто-то.

Я неожиданно поняла, что сижу в кресле, а Серж смотрит на меня в упор. Осторожно повертела шеей и изумилась: боль исчезла, испарилась.

– Как вы это делаете?

Серж рассмеялся.

– В двух словах не объяснить. То, что я с вами проделал, так сказать, скорая помощь, а не лечение. Просто убрал боль. Но если хотите навсегда избавиться от спазмов, следует пройти цикл лечения.

– Невероятно.

Радов пожал плечами.

– Ничего особенного, могу, если нужно, изменить формулу крови.