Дальний и Ближний (СИ)

— Угу, ванильное, — не отрываю от него глаз.

— А я шоколадное. Но купил и то, и другое. Так что вставай, растает.

Я озираюсь по сторонам в поисках ноутбука, который был на кровати, но его нет.

— Я его убрал, — читает мои мысли Глеб и тянет за собой.

Вприпрыжку иду за ним, он держит меня за руку, на кухню. Там ждёт большой букет и целый пакет мороженого в стаканчиках.

— Это взамен тем засохшим, что стоят на твоей кухне, — протягивает мне цветы.

— Откуда ты знаешь, что я гортензии люблю? — смотрю на него, прижимая и нюхая их.

— Просто они мне понравились, вот и всё, — вытряхивает мороженое на стол. — Надеюсь, ты любишь такое простое, в стаканчиках. Я с детства обожаю. Родители коробками покупали, один раз объелся и в больницу загремел — живот болел сильно.

— А мне редко покупали, только по большим праздникам. Денег не было лишних в семье. Мать на двух работах работала, отец пил.

— Ты же говорила — не знаешь своего отца? — поднимает на меня глаза.

Твою ж мать!

Я проговорилась.

Поболтали, блин, по душам.

Инсульт, инфаркт и что там ещё может случиться? Вот у меня сейчас всё одновременно.

— Мама рассказывала, — прячу лицо в букет. — Они поэтому и разошлись.

— Понятно, — хитрый прищур, а следом, словно отгоняет дурацкие догадки, снова становится обычным.

Разрывает упаковку и подаёт мне мороженое.

Ммм, вкусное!

Я уже и забыла, когда его себе покупала, как-то не до этого. Морозов открывает себе шоколадное, но тут же рядом появляется Дикий и умоляюще глядит на него.

— Нам ещё ангины не хватало, — ругает его.

Но пёс делает такие невинные глазки, что хозяин сдаётся.

— Попрошайка! — кладёт стаканчик с лакомством в миску.

Пёс с удовольствием поглощает вкусняшку.

— Он тоже любит шоколадное? — смеюсь. — Недаром говорят, что питомцы похожи на своих хозяев.

— А ещё конфеты шоколадные ворует, пока меня дома нет. Приходится повыше ставить.

— Сладкоежка…

— Толстожопка он! Поправишься — с площадки у меня не вылезешь, — обращается к Дикому. — Буду гонять до похудения.

— Злой ты! — тыкаю в шутку ему в нос мороженым

— Э, что тут началось? Спелись? Быстро вы! — старается тоже испачкать меня мороженым, но я шустро уворачиваюсь."

"Веселье, беготня и смех…

В итоге у него всё же получилось. Моё лицо, шея и руки все сладкие и липкие.

— Глеб! Мне теперь мыться придётся.

— Не придётся, — ловит меня за талию.

Его губы скользят по моей шее, слизывая следы растаявшего мороженого с кожи. Потом проходится губами по лицу. От этой ласки становится жарко… Очень жарко. Голова кружится, кажется, я сейчас от переизбытка эмоций в обморок грохнусь.

Между тем Глеб уже принимается облизывать мои пальцы, засовывая их по одному в рот.

— Ты такая сладкая, — хрипит.