Далеко собралась, ведьмочка?

Старания не прошли даром, спустя десятки лет у меня есть те, кто любому перегрызут глотку за своего правителя.

Обернулся назад и в небольшое окошко увидел моих парней, свободно ехавших на лошадях. Внешне они были совершенно спокойны, но мне хватило одного взгляда на их побелевшие костяшки пальцев, чтобы понять, что парни нервничают. Волка сложно обмануть. И вся эта милая атмосфера спокойствия и мира только сильнее настораживала.

Экипаж подъехал к центральному входу, возле которого собралось немало народу. Во главе встречавших стоял высокий мужчина. Его фигура говорила о том, что тренировки для него — это обыденное дело. Короткая стрижка, пристальный взгляд, от которого по телу побежали мурашки. Лицо не выражало совершенно никаких эмоций, поэтому невозможно было определить, о чем думает на данный момент этот ведьмак. Сразу стало понятно, что именно он и возглавляет народ ведьм. От него так и разило мощью. Мужчина был очень силен. Отчего мне еще сильнее захотелось заключить этот чертов договор перемирия как можно быстрее.

Распахнул дверь экипажа и ступил на гравий. Ипостась внутри меня сразу напряглась, ощущая на себе множество любопытных и настороженных взглядов. И чего я только не распознал, пока меня пристально разглядывали. Их эмоции были разнообразными. Кто-то относился к моей персоне с опаской. Кто-то, наоборот, распространял волны любопытства и ожидал скорейшего разговора. А вот некоторые хотели затащить меня в постель. Причем как можно скорее. Хмыкнул про себя и перевел взгляд на ту, которая так рьяно этого желала.

Мы с братом немного отличаемся от обычных волков. У нас есть магия. Никто не знает, откуда именно она взялась у оборотней, ведь это против нашей природы. Но отец считает, что этот дар — щедрый подарок лунной богини. Ведь мы появились на свет как раз в тот момент, когда серебро лунного света рассыпалось по всей земле. Мы старались не афишировать свои способности перед соседями. И, похоже, на данный момент из них никто ничего так и не узнал. Я мог свободно прочитать мысли любого живого существа, но для этого мне нужно было выпустить на свободу своего призрачного волка. А вот с эмоциями все было куда проще. Их я мог распознать еще легче. И это тоже могли делать только мы с братом. Иногда было так мерзко ощущать то, о чем думала волчица во время секса, что на несколько секунд даже начинал жалеть о своем даре. Каждая из них старалась прогнуться как можно больше, чтобы я мог войти глубже. Пока я трахал их, насаживая на свой член, они размышляли о том, как бы уговорить меня, чтобы я поставил им метку. Не стоит говорить, что после полученного оргазма, причем я не оставлял волчицу, пока она не получала удовольствие от соития со мной, я старался больше с этой девушкой не встречаться.