Цыганская невеста (ЛП)

— Проблема в том, что свидетель вряд ли сможет его опознать — единственным глазом он едва видит.

Предстояло либо придумать, как использовать эти сведения, либо от них отказаться. В любом случае нужно было двигаться дальше.

— И еще, — сказала инспектор. — Что мы знаем о фотографиях Сусаны и Синтии?

— По углу съемки мы установили, откуда они были сделаны, — ответила Марьяхо. — Это дом три А, напротив дома Сусаны, на той же улице Министрилес."

"— Я поговорила с владельцем, — добавила Ческа. — Он назвал имя субъекта, который арендовал дом на неделю, заплатив ему шестьсот евро. Луис Сорья, детектив, у него офис на Гран-Виа.

— Спасибо, Ческа. Придется нам потолковать с Мойсесом, — решила инспектор. — Сарате, едешь со мной. Ческа, вы с Ордуньо отправляетесь к детективу, который сделал фотографии, не слезайте с него, пока не скажет, кто его нанял.

Глава 25

Они приехали в Пьоверу — очень дорогой район рядом с парком Конде-де-Оргас и улицей Артуро Сорья.

— Придется поверить Раулю, что его больше интересовали деньги Макайя, чем красота их дочери. Место не из дешевых…

Особняк семьи Макайя был большим и солидным, как и многие в этом районе, выстроенном в семидесятых годах двадцатого века для разбогатевшего сословия, которому стало тесно в маленьких квартирках столичного центра. Однако нельзя было не заметить некоторую запущенность: стены кое-где требовали покраски, жалюзи — починки, живая изгородь, отделявшая дом от улицы, — стрижки, а крыша — ремонта. Бассейн, несмотря на теплое время года, стоял без воды. Может, это все оттого, что дочерей больше не было в живых, может, дом, как и живущая в нем семья, уже пережил свои лучшие времена.

В гостиной царил угрюмый полумрак, жалюзи были приспущены, словно хозяевам хотелось спрятаться от света и радости. Мойсес вошел вместе с женой, которая с трудом переставляла ноги. Она выглядела потерянной, почти сломленной. Мойсес помог ей сесть. Инспектор Бланко протянула ей руку, Соня крепко ухватилась за нее и долго не отпускала.

— Вы уже знаете, как убили мою дочь? — дрожащим голосом спросила она.

Элене стало невыносимо тяжело, она посмотрела на Сарате. Как они скажут родителям, что убийство Сусаны идентично убийству Лары? Как сделать, чтобы такая новость причинила меньше боли? Существует ли какой-нибудь способ?

— Так же, как и Лару, — без обиняков сказал Сарате. — Я не думаю, что стоит вдаваться в детали. Инспектор хотела бы избавить вас от жестоких подробностей, чтобы не усугублять ваше горе.

Мать окаменела. Она снова вцепилась в руку Элены, изо всех сил, словно пытаясь удержаться, спастись. Элена не сопротивлялась, хотя было больно, ногти Сони вонзились ей в кожу.