Цыганка

Пивная Фиддлера находилась сразу за углом, на Лорд-стрит. Фрэнк был непьющим, но большинство соседей-мужчин часто бывали там, как и Томас Уилли.

До этого момента Бет не приходило в голову, что кто-то может подозревать, будто отец Молли не Фрэнк, и она пришла в ужас. Но девушка не собиралась подтверждать слухи и говорить правду даже доброжелательной миссис Крейвен.

— Почему люди такие жестокие? — спросила она в недоумении.

— Иногда такое случается из-за зависти. Твоя семья выглядела идеальной. У твоего отца была красивая жена, хорошее дело и дети, которыми можно гордиться. Никто не знает, почему он расстался с жизнью, поэтому люди делают предположения.

— Что теперь с нами будет? — печально спросила Бет. — Нам нужны квартиранты. Сэм на меня разозлится.

— Я так не думаю, Бет. — Миссис Крейвен ободряюще взяла ее за руку. — Ты проявила мужество, он будет тобой гордиться. А теперь пойдем сложим вещи этих Уилли. Альфи будет начеку и поможет вам, если они снова устроят скандал.

Глава 6

— Если бы мы только могли эмигрировать в Америку, — уныло сказал Сэм за ужином. — Этот дом полон тяжелых воспоминаний. Я его ненавижу.

Вчера Бет выгнала из дома Джейн Уилли. Сэм не стал злиться на сестру, но совсем упал духом. Он сказал, что в городе сотни людей нуждаются в жилье, но никто не может сказать заранее, кто из них окажется вором или испортит им жизнь.

В душе у Бет остался неприятный осадок. Когда она поднялась в комнату Уилли, чтобы там убрать, то обнаружила под кроватью ночной горшок, который не опустошали несколько дней. На полу валялись корки черствого хлеба и грязное нижнее белье. Простыни на кровати были испачканы кровью, а на туалетном столике появилась большая царапина.

Когда Томас пришел за вещами, Сэм спустился вниз, а мистер Крейвен на всякий случай вышел во двор. Но Томас скорее расстроился, чем разозлился. Он просто собрал вещи и ушел.

— Для эмиграции нам понадобятся деньги, — задумчиво произнесла Бет.

— Все равно мы не сможем никуда уехать из-за Молли, — ответил Сэм.

Бет почувствовала обиду, ведь ее брат не хотел, чтобы Молли оставалась с ними. Вопреки ее надеждам его отношение к девочке не изменилось. Он никогда не играл с ней. Даже смех Молли не вызывал у него улыбки.

— Если бы не она, мы могли бы все продать и получить достаточно денег для поездки, — с горечью сказал Сэм. — А так придется продать две серебряные рамки для фотографий, только чтобы было на что жить.

Вскоре после разговора Бет пошла в спальню и открыла рамки, чтобы вынуть из них фотографии. На одной из них были запечатлены они с братом, когда им было девять и десять лет. Снимок делали в студии, находившейся дальше по Чёрч-стрит. Бет была в белом платье и маленькой соломенной шляпке, из-под которой выбивались кудряшки.