Цветок Востока

Да и… там ты будешь в статусе жены. Джану невыгодно делать твою историю публичной. Другие мужчины тебя не тронут. А здесь… будет у тебя ещё двадцать таких «Алексеев». Ты очень красивая. И чем закончится, страшно даже предположить. Знаешь, сколько здесь таких женщин? Большинство из них, в принципе, так и живут. Хочешь?

– Нет.

– Тогда подумай о предложении Джана.

– Я подумать…

Глава 37

И вот я одна. В маленькой комнатке. Кровать, стол, стул, тумбочка. На тумбочке Коран на турецком. Горит ночник. Открываю книгу посередине.

«Прелюбодея и прелюбодейку – побивайте каждого из них сотней ударов. Пусть не овладевает вами жалость к ним. И пусть присутствует при их наказании группа верующих».

Что-то никогда не «побивают» прелюбодеев. Только прелюбодеек. Справедливо?!

Женщины не должны читать Коран сами. Должны слушать только из уст мужчины. Почему? Глупые, не так поймут, а будут считать, что от Создателя услышали, как надо жить.

Вот и я – читаю и не понимаю.

«Если какая-либо из ваших женщин виновна в разврате, пусть против неё выступят свидетелями четверо из вас; и если они засвидетельствуют, то держите её в доме, пока её не упокоит смерть, или пока Аллах не востребует её».

Я виновата?…

Я же думала, что Лёша – муж. Мужчина сказал, что женщина должна верить. А если обманул, то она сама и виновата, что поверила? Я запуталась…

В нашей семье мужчины никогда не обманывали. Слово – закон. Здесь – не так.

Перелистываю несколько страниц.

«О вы, которые уверовали! Не совершайте молитву, если вы больны, или вышли из нужника, или прикасались к женщине и не омылись».

А Лёша говорил, что я чистая… И целовал как чистую!

Всё!! Нет больше Лёши, я одна.

Я никогда не была настолько «одна». Это так страшно.

Но есть кое-что пострашнее. В такой же маленькой комнатке напротив похожая на меня девушка. Её лицо разбито и всё синее, на руке гипс. Меня попросили отнести ей ужин. Она не говорит ни на турецком, ни на русском. Она вообще не говорит. Загнанно глядя в сторону. Что она сделала, чтобы её наказали ТАК?!

Самое страшное, что я видела раньше, это как мама Амина дала сестре пощёчину за неуважение к отцу. Тогда это был ужас для меня. Конечно, я слышала, что могут и камнями закидать, и удушить, но это было как страшная сказка. Что-то из другого мира. Как хорошо было жить дома!

За окном темно, я присаживаюсь на подоконник. Второй этаж… Сад… Дальше высокий сплошной забор."

"Маша говорила, что я смогу остаться в этой стране. Говорила, что можно работать в салоне. Я бы смогла. Но это было, когда у меня была защита. Возможность снимать какое-то жильё. А теперь? Теперь ни Маши, ни золота. Одна я не смогу.