Цветок виселицы

Они остановились на ночлег в еловом лесу и долго сидели на своих попонах, пока Дан по обыкновению читал Ингрид очередную лекцию. Ему было приятно объяснять ей, чем он занимается, он был горд ее вниманием и говорил с увлечением.

Ночь была теплая и нетемная, их окружали ели и запах леса, влажный и терпкий.

— А ты знаешь, что моего учителя Улофа Рюдбека надоумил собрать коллекцию горных растений один мальчик…

— Не может быть!

— Да, ему всего восемь или десять лет. Он интересуется только растениями и животными. Его зовут Карл Линней. У его родителей хватило ума научить своего сына всему, что они сами знали о растениях. У них в Смоланде сказочный сад, это мне сказал Улоф Рюдбек, и маленькому Карлу выделили в саду отдельный участок. Но сейчас беднягу отдали в школу в Векше, где он страдает от глупости учителей, которые заставляют детей зубрить ненужные латинские названия и каждую неделю порют их за провинности, всех подряд, на всякий случай.

— Все взрослые — тупицы! — пробормотала Ингрид, вспомнив пастора, который отказался учить ее. — И как же этот мальчик надоумил твоего Рюдбека собрать коллекцию растений?

Дан не показал виду, что ее слова задели его за живое. Подумать только, назвать его идола, глубокоуважаемого профессора и ученого просто Рюдбеком!

— Мой учитель получил письмо от отца мальчика. Карл решил записывать в тетрадь все растения, зарисовывать их и давать им названия. Конечно, это было детской игрой. Но моему учителю эта мысль понравилась, он вовсе не собирался заимствовать ее у мальчика — у него созрел далеко идущий план. Он не сомневается, что когда Карл Линней вырастет, из него получится выдающийся ботаник. Поэтому он поручил мне собрать коллекцию горных растений. Чтобы мальчик мог изучить их.

— Замечательно, — Ингрид торжественно кивнула головой. — Я помогу тебе собирать редкие растения.

— Спасибо, но не надо повторять ошибок всех новичков, которые берут только те растения, которые им понравились. Они срывают лишь самые диковинные растения и не обращают внимания на те, что растут у них под ногами. Люди многое знают о редком камышовом луне и красном коршуне, но почти ничего — о заурядном скворце.

Ингрид улыбнулась, однако была уязвлена. Она как раз не хотела собирать одуванчики или репей.

Оба помолчали, потом Дан спросил:

— А ты влюблена в этого… с именами?..

Ингрид фыркнула, не выразив ни малейшего почтения к своему жениху.

— Зачем же ты собираешься выйти за него замуж?

Она пожала плечами.

— Как тебе сказать… за кого-то все равно надо выйти, хотя бы ради родителей. К тому же я единственная наследница Гростенсхольма и Линде-аллее. Долг обязывает меня выйти замуж.

— Вот уж не думал, что у тебя есть чувство долга.

— Ты не ошибся, — серьезно сказала Ингрид.