Цветок в мужской академии магии

Ева после нашего разговора унеслась на выходные к бабуле? С рюкзаком знаний, что я девушка, и мыслью о том, что надо устроить нам с Арчи любовь? Я уже боюсь последствий этой командировки!

— Поняла, — улыбнулась я, стараясь не выдать мимикой мысли. — Береги себя. Удачи с одичалыми.

Пожелав это, почувствовала себя немного неловко и отвела взгляд.

— Лучше пожелай удачи с пьяными адептами — вот где настоящая беда. Их чувство самосохранения тонет в алкоголе. — Арчи подошел ко мне, наклонился и быстро поцеловал в губы, будто это было обычным делом.

К щекам прилила кровь. Боже, ко мне опять вернулся стыд. Где он был около Храма Справедливости, когда был так нужен?

Портал открылся и закрылся, забирая с собой Рейва, а я все продолжала смотреть в пустое пространство, где только что стоял мужчина. Неужели это мне не снится? У меня на самом деле наступила белая полоса в жизни? Я нашла любовь и семью?

Я несмело улыбнулась, позволив себе немного помечтать. О том, как мы с Арчи отомстим за родных, а потом будем вместе. О малышке Еве и о том, как она отнесется к тому, что мы с ее папой так быстро нашли общий язык.

А мама Рейва? Как примет она меня? Как отнесется к обману?

Я свернулась калачиком для удобства, положила голову на подлокотник и не заметила, как уснула.

Во сне меня гладил по голове папа, приговаривая:

— Мия, это правда ты? Моя Мия…

И заправлял прядь волос за ушко. Мне было так хорошо, будто я оказалась в далеком детстве. Меня лелеяли, любили, оставляли на щеках тысячи поцелуев."

"Я улыбалась, нежась от отцовской ласки, и не хотела открывать глаза. Тогда отец исчез бы, растворился, а я хотела еще немного побаловать себя родительской любовью.

— Мия, как же ты меня испугала. Как хорошо, что ты жива. Теперь все будет хорошо, обещаю. У меня все получилось.

И еще один поцелуй на щеке, теплое дыхание по коже…

Стоп.

Что за теплое дыхание?

Я сонно открыла глаза и тут же отшатнулась к спинке дивана, вжалась в мягкость мебели, желая раствориться в ней.

Мне с нежностью улыбался Гордон Рамзи.

От ужаса язык прилип к небу, а по телу пошел озноб. Отнекиваться, что это не я, было бесполезно. Если раньше я еще могла одурить Гордона при помощи магии и ужасного состояния тела, то сейчас мои шансы равны нулю.

Столько прятаться, пройти тернии в мужском обличье Сворски — и так глупо попасться. Обидно до слез.

— Ты жива. Я так рад! — Рамзи резко подался вперед, собираясь заключить меня в объятия.

Мысль, что этот гад снова прикоснется ко мне, придала невероятную скорость — я слетела с дивана, отбежав к двери.

— Рад? Как же! — мои слова были пропитаны ненавистью, голос дрожал. — Не подходи. Пожалеешь.

Иначе скормлю ему еще не высохший цветок из Храма Справедливости сразу с двумя горошинами, и будь что будет.