Горный цветок

Если честно, то мне было тяжело осуждать отца, поскольку сама провела достаточно томительных минут, ёжась от порывов холодного ветра со стороны горных хребтов. Прошёл уже месяц с тех пор, как, как по ночам случались заморозки, вода в вёдрах возле кузни покрывалась тонкой корочкой льда. А вскорости выпал снег и покрыл высокие горные хребты и перевалы Дейтона белой шапкой, сверкающей при свете лучей солнца, что твои бриллианты.

Мои размышления были грубо прерваны появлением лорда Тёрнера. Признаться, я не сразу поняла, что вижу перед собой именно Рейда Тёрнера, поскольку в нашу первую встречу он показался мне излишне суетливым и нервным мужчиной далеко за сорок, который имел странную привычку оглядываться и внимать тому, что говорил отец, вне зависимости от того, была ли это беседа о видах на новый урожай или же о том, как проходит пограничная торговля с Аурелией. А также громко смеяться всем шуткам Лейва, даже самым глупым и совершенно не смешным.

Но теперь, когда его дочь выходила замуж за сына лорда Олвуда, то он «приподнялся» в местном «табеле о рангах» и теперь вполне мог чувствовать себя вполне комфортно в присутствии столь высокого общества, как папенька. Во всяком случае, приветственную речь лорда Свейна он выслушал спокойно, кивал с радостной улыбкой и в заключение выдал ответное слово, в котором он также признался в том страшном уважении, которое испытывает он лично и весь клан Тёрнер к нам всем и отцу в частности, а также о том счастье, которое он, Рейд Тёрнер, испытал в тот миг, когда прочёл письмо с приглашением в наш дом."

"Я ёжилась и с тоской размышляла о том, что эта речь не может закончиться быстро и я за это время сумею окочуриться от холода и пронизывающего ветра, который проникает даже под тяжёлый бархатный плащ, да и ноги стали замерзать. Я постаралась незаметно оглянуться и посмотреть на гостеприимно распахнутую дверь за своей спиной. Интересно, это будет нормально, если я аккуратно засуну руки под мышки и накину капюшон на голову? Однако, ситуацию неожиданно спас Маркас, который тихо хмыкнул рядом со мной, выступил вперёд и заявил, что никого на свете, кроме его родного тестя, конечно же, он не был бы так рад видеть, как милорда Рейда. И что он нижайше просит его лордство проследовать в наше скромное жилище, отведать, что бог послал, и отдохнуть в покоях, которые мы готовили для них с заботой и любовью.

При этом лорд Тёрнер, который совершенно точно, сумел приготовить речь ещё минут на пятнадцать, казался неприятно поражён тем, что какой-то хромой молодой человек в богатом камзоле под распахнутым плащом бесцеремонно перебил его и теперь стоял, лучась самой добросердечной улыбкой и не обращая внимания на реакцию окружающих.