Невезучая попаданка, или Цветок для дракона

До этого он был… словно замороженный. Первое время после трагедии за ним приходилось даже следить, чтобы не отправился к горячим источникам.

— Зачем? — удивилась я такому странному желанию дракона.

— Один из них способен убить даже нас, — лорд Линдон передёрнул плечами. — В этом мире нет практически ничего, что может нанести серьёзный вред дракону в его крылатой ипостаси. Практически! Некоторые из тех источников — кислотные, особенно одно озеро, его содержимое наносит даже нам тяжёлейшие ранения, и если не покинуть его сразу же — можно погибнуть. В первый год нам пару раз пришлось ловить Килиана на полдороге к источникам, но постепенно он успокоился и… заморозился. Долгое время вообще ничем не интересовался, просто существовал, потом дал уговорить себя вновь стать преподавателем в академии. С условием, что со студентками дела иметь не будет.

— Именно со студентками? — зацепилась я за слово. — Не просто с женщинами?

— Именно со студентками. И он считал, что имеет на то веские основания.

— Но почему? — я никак не могла понять связь между потерей истинной и нежеланием как-то контактировать со студентками. Кажется, здесь кроется какая-то тайна. — Расскажите!

ГЛАВА 27. ПИТОМНИК

День седьмой

— Ну что ж, время у нас есть, и, думаю, это поможет тебе лучше понять нас.

Как дракон определил, сколько у нас времени, не знаю, но поверила ему. А если и опоздаю — не велика беда. Всё равно я просто играю в студентку, проводя время на уроках просто чтобы как-то оправдать своё присутствие в академии, а вовсе не ради получения знаний. И если сначала это было забавно, то постепенно стало казаться просто потерей времени.

— Я ведь уже рассказывал, что нам предсказывают истинных. Причём, кому-то — лишь точные приметы, которые обязательно должны совпасть все, до единой. А кому-то практически указывают пальцем — известны и даты, и имена, и место. Килиан был таким везунчиком — мало того, что точно знал, когда именно появится его любимая, так и ждать ему оставалось совсем недолго — меньше ста лет после предсказания.

— А когда вам предсказывают вашу половинку? — потому что, если в тысячу лет — то не так уж это и быстро, даже если осталось ждать только сотню.

— Обычно — в первый же год после перерождения, редко позже, но и тогда ненадолго. Когда Даните приходит пророчество, тогда она его и открывает. А дальше остаётся лишь ждать или искать."

"— Наверное, это удобно, — кивнула я. — А вот когда мои родители встретились, папе было уже больше трёх тысяч, и он понятия не имел о таком явлении, как половинки. Узнал уже после встречи с мамой.