Цветок в мужской академии магии

Впереди уже мелькал номер нужной аудитории, когда какой-то подлец больно ткнул меня локтем в бок и прошипел:

— Это тебе за сестру, придурок!

Ё-мое! И тут родственнички!

Тут же с другой стороны кто-то долговязый выставил ногу, сделав подножку:

— Это тебе за маму, сволочь!

""Маму? Сворски и по ""мамочкам” промышлял? Умереть не встать!” — думала я, летя вниз.

Вот только любое тело защищает себя от боли. Инстинкт самосохранения называется. И мой оказался отличным — не давал только начинающее крепнуть тело в обиду. Руки сами собой зацепились за что-то впереди, благодаря чему я притормозила и плавно сползла вниз вместо того, чтобы плашмя шлепнуться на живот.

Кажется, я слышала звук рвущейся ткани?

— Ты труп, Марк Сворски! — разгневанный рык сверху заставил волосы на голове встать дыбом.

Я медленно перевела взгляд на свои руки и увидела зажатую в руках белоснежную ткань. Теперь, чтобы понять масштаб бедствий, оставалось посмотреть вверх, но я не спешила — судорожно думала, что делать. Ведь голос я узнала бы из тысячи — это Рамзи.

Но посмотреть в лицо неприятностям нужно. Вокруг все сильнее жужжали голоса адептов, которые готовы заколоть жалами моего прототипа Сворски.

Итак, перед рубашки или зад?

Я подняла взгляд и посмотрела в полные гнева глаза Гордона Рамзи. Аж вздрогнула от неприязни, которая бурлила там, подобно лаве в жерле вулкана.

Никогда он так не смотрел на меня. Всегда с вожделением, желанием. Даже когда в тюрьме запер, то выглядел одержимо, но никогда не было этого желания убить.

Теперь у нас это взаимно…

Так откуда ткань в моих руках?

И тут Рамзи красноречиво отвернулся и показал абсолютно голую спину. С двух сторон развевались, словно флаги, части рубашки.

И как я блондина в белом впереди себя не заметила? С другой стороны, толпа была такой плотной, что немудрено…

И это про Гордона ходят слухи, что он везунчик? Да такого ""счастливчика” еще поискать нужно — на меня наткнуться!

Пиджак Гордон сжимал в руке до белых костяшек — злился невероятно. Воздушные процедуры совсем не входили в его планы на сегодня, а вот я могла повернуть все в свою пользу и даже листья алого кустарника использовать…"

"— Профессор Рамзи, позвольте мне исправить все! — Вскочила торопливо на ноги, встречая полный желания убивать взгляд Гордона и отвечая ему тем же.

— И чем же?

— Я зашью! Будет как новая!

— Ты?

— Я!

— Сам подписался! Я тебя за язык не тянул, так и знай. Сам сказал, что будет как новая! — Гордон на глазах стянул с себя остатки рубашки через перед, оголив достаточно неплохой торс, и швырнул мне рванину прямо в лицо. — Чтобы к концу пары было готово!

Я шлепнула пятерню себе на лицо, стягивая белую завесу, и увидела, как, уходя, Рамзи натягивает пиджак прямо на голое тело.