Cудья и палач

Киллер взглянул на нее.

– Давай ее к братцу… – обратился он к Алле. И зло посмотрел на Катю.

– И эту сучку туда же – Будет знать, коза, как большим дядям мешать… Эй, а это что?

Он подошел к Кате, вытащил из ее кобуры игрушечный пистолет, покрутил его в руках.

– Дерьмо собачье! – скривился он и бросил игрушку на землю.

Люба умирала со страху. Катя заплакала, прижалась к ней.

– Пошли! – хищно прищурилась Алла. Люба даже не пошевелилась.

– Ты что, не слышишь, тварь?

Алла подошла к ней, омерзительно усмехнулась и вдруг резко ударила ее в живот.

Люба чуть не умерла от боли. Она согнулась в три погибели и прижалась к земле. И тут же чья-то сильная рука схватила ее за волосы и потянула вверх. Она поднялась и пошла в поводу у киллера – это он тащил ее за волосы.

Люба зарыдала. От боли и бессилия.

Степана привел в сознание взрыв, громыхнувший совсем рядом. Он открыл глаза. И тут же снова закрыл их. От боли. Голова раскалывалась на части.

Хорошо к нему приложились. И он знал, кто ударил его. Шлыков. Негодяй и убийца. Только рядом его нет. Он взрывает, вернее, уже взорвал могилу, к которой подошли Люба, Виталий и Катя. И сейчас вернется сюда, чтобы расправиться с ним.

Круча всегда был защитником слабых. Многим он помог, немало было тех, кого он спас от смерти. Но сейчас не в силах был спасти самого себя. Даже сбежать не мог. Руки связаны за спиной. Другой веревкой он был привязан за шею к дереву. Шлыков стянул узлы на совесть. И веревку качественную подобрал.

Сначала из-за ближайшей могилы появилась Люба. Ее тянул за волосы Шлыков. За ними шла и плакала Катя. Ее пинками подталкивала Алла. Вот твари!

– Очнулся, пес? – зло спросил Степана Шлыков. – Тем лучше. Я хочу, чтобы ты видел свою смерть! Дешевая бутафория.

– Сюда, сучки! – Он показал Любе и Кате на место рядом со Степаном.

– Ну вот, вы все вместе, – скривилась Алла. – Виталика не хватает, опередил он вас… Значит, Болотова убило взрывом.

– Ничего, они сейчас вслед за ним отправятся…

Было видно, что Шлыков наслаждается своим превосходством. И ему, похоже, хотелось продлить это удовольствие.

– Ну так в чем же дело? – презрительно скривился Степан. – Давай, кончай меня. Чего ждешь?

Он понял, что проиграл. Ему чертовски хотелось жить. Но не хотелось, чтобы этот гад издевался над ним.

– Почему только тебя, я кончу вас всех…

– Ты что, придурок, не понимаешь, что взрыв всполошил всю округу.

Сейчас здесь будут люди…

– Какие люди? – усмехнулся Шлыков. – Вонючие колхозники с сеновала?

Или пьяный мент, один-единственный на всю деревню?…

И все же предупреждение Степана возымело действие.

– Алла, иди заводи машину. И посмотри за дорогой. Сообщи мне, если что…

Он показал на свою портативную радиостанцию, которая торчала из кармана солдатского кителя.