Contra spem spero

Ваша дама водит автомобиль?

Пока лже-Симович собирался с мыслями — ответила его спутница, причём вызывающе-дерзко.

— Дама водит автомобиль. Потрудитесь объяснить, в чём нас обвиняют! Иначе мы с места не стронемся!

Старший троицы, пожав плечами, ответил:

— В незаконном пересечении границы и использовании фальшивых документов, всего-навсего. Причём — вас обоих. — Помолчав минуту, добавил: — Не хотите ехать по-хорошему — сейчас вызовем наряд милиции, поедете в участок на милицейском «воронке», ночь проведёте в «обезьяннике». Оно вам надо?

Дама мгновенно сникла. Её спутник глухо проронил:

— Поехали. На какой машине?

— Вы — с нами, вон тот тёмно-серый «опель». Ваша дама с нашим сотрудником — на вашей «шкоде».

— А… наши дети? Мы только утром приехали, оставили их в гостинице… — Беспомощно пробормотала дама.

— В гостинице за ними присмотрят, мы туда отправили двух наших сотрудниц. Не беспокойтесь. Кстати, можете вызвать из Москвы к ним бабушку или ещё кого-нибудь, кто сможет за ними присмотреть — полагаю, вам придётся у нас тут задержаться… на несколько лет. — Последнюю фразу майор добавил с улыбкой, от которой задержанный мужчина мгновенно побледнел.

Через пару минут два автомобиля выехали со стоянки ресторана — сопровождаемые любопытными взглядами её охранника и парочки зевак, внимательно проследивших за арестом «хозяев жизни»; когда оба автомобиля — и «опель», и «шкода» — скрылись за поворотом, свидетели происшествия, собравшись вместе, ещё несколько минут с плохо скрываемым удовольствием злорадствовали над парочкой нуворишей, для которых прямо на глазах изумлённой публики жизнь перестала быть такой уж сладкой — ибо, как известно, нет для русского человека большей радости, чем беда у богатого соседа…

Нет, конечно, через Буг вплавь — это не выход; слишком велики риски. Такой вариант даже на роль крайнего не годится…. Вычеркнем его из списка потенциальных способов возвращения.

Тогда — как? Тот пограничник в Цешине показал ему фото Одиссея — дескать, ищем этого человека, опасный серийный убийца, бежал из австрийской тюрьмы, пробирается на Восток. Стало быть, потенциально все полицейские и граничары могут опознать Одиссея — прикрывайся он хоть уругвайским паспортом, хоть звёздно-полосатым: внешность нашего фигуранта весьма примечательна…. Значит, никакого паспорта ему делать не стоит, нет смысла — как говорит известная пословица, бьют не по паспорту, бьют по морде…

Следовательно, есть лишь один вариант пересечения им границы — невидимкой; жаль, товарищ Герберт Уэллс не описал нам в подробностях сей метод — так, рукою гения набросал лёгкий эскиз.