Баронесса. Эхо забытой цивилизации

Я вдруг осознала, какое количество людей теперь зависело от меня.

Каранис, глава одной из рейнлетских семей, вышел вперёд, держа в руках небольшую резную шкатулку. Они прибыли в Синюю Трясину больше месяца назад и сразу попросили разрешение добывать торф, обещая платить аренду за участок земли.

Ранее торфом занимались Эльза и Сирил, а я сама никогда не видела смысла вкладываться в это дело — слишком маленький доход. После того как Эльза получила повышение и стала «главной» в солеварне, она тоже не проявляла желания заниматься торфом самостоятельно. Поэтому, взвесив все за и против, я решила дать семье Караниса разрешение.

— Миледи д'Арлейн, — начал Каранис, — под защитой Первородной Велирии и вашим мудрым управлением земли Синей Трясины приносят процветание и удачу всем, кто здесь живёт. Позвольте вручить вам символ верности и преданности этим землям. Пусть свет богини продолжает оберегать вас и всех, кто здесь трудится.

Я была не в силах сразу осознать происходящее. Краем глаза заметила, как Яра, поняв, что происходит, начала радостно прыгать. Тем временем Каранис открыл шкатулку, в которой лежала… длинная плотная красная лента, явно приобретённая в храме Первородной.

Прижав руки к лицу, я с трудом сдерживала эмоции. Во мне боролись радость и страх: а вдруг я их подведу?

Красная лента означала, что семья смогла не только наладить независимый доход, превышающий расходы в три раза, но и самостоятельно нанять хотя бы одного работника. А еще… красная лента обозначала их намерение жить здесь минимум семь лет и платить налоги.

Она была символом доверия, символом принадлежности."

"— Спасибо… спасибо за ваше доверие, Каранис, — наконец заговорила я, вспомнив формулу принятия. — Приняв этот знак, я выражаю благодарность семье вашей и труду вашему и Первородной Велирии. Пусть её свет и дальше приносит удачу и успех этим землям и вашему делу.

Раздались аплодисменты — сначала сдержанные, но постепенно они стали намного громче и увереннее. Ко мне подошли Эльза, Германн и Марисоль, а за ними Яра, радовавшаяся, кажется, больше всех.

— У тебя будет красная лента, Тали! — возбуждённо произнесла она. — Не могу поверить! Фирруза д'Арлейн удавится, когда об этом узнает!

О своей свекрови я вспоминала только тогда, когда мне писал муж, но слова Яры вызвали у меня усмешку.

— Нам предстоит кое-что поважнее, — сказала я. — Нужно отправиться в храм Первородной в Арлайн, сделать пожертвование и получить благословение. Заодно купим закуски и напитки, и завтра вечером будем отмечать. Все!

Так и решили. В Арлайн мы отправились на полтора дня, вскоре после вручения ленты.

Я не знала, что вскоре после нашего отъезда в Синюю Трясину прибыл посланник герцога, которого встретил Сирил.