Cиротский приют 2. Или попаданки драконам (не) изменяют!

– Алгард больше всего на свете боялся стать таким же, как и отец. Уязвимым. Сошедшим с ума от горя. Ведь стоит истинной попасть в беду, дракон себя не контролирует. А это может плохо обернуться для тех, попадется ему под горячую руку. Как видишь, королева стареет. И народ уже догадался о том, что что-то не так. Истинные не должны стареть… Как бы не ухищрялись маги, возраст не обманешь. Она уже не выглядит юной девой, какой должна выглядеть. Поэтому ее показывают с осторожностью! Народ очень не любит, когда его пытаются обмануть.

- А как же король? Он тоже выглядит … немолодым, - заметила я полушепотом.

- Он отдает ей свою силу. Той самой неистинной, к которой испытывает огромное уважение и благодарность! – произнес Боргард. – Но бесконечно долго это продолжаться не может. Рано или поздно, правда выползет наружу. Она уже утекает из дворца. И для этого они придумали народную принцессу, истинную для принца, чтобы отвлечь народ.

- Они могли взять на эту роль кого угодно! – поежилась я. – Можно было взять на роль Камиллу! Ей и так нечем заняться!

- Истинную на роль истинной? – заметил Боргард. И я осела. Теперь тайна того самого взгляда принца была раскрыта."

"Глава 63. Ася

Новость заставила меня сделать несколько глубоких вдохов и выдохов.

- Получается, что меня взяли только потому, что я – не истинная? Чтобы страшная история не повторилась? И чтобы принц женился на мне, и в случае моей смерти, с ним ничего не случилось? – прошептала я, изумленно. - Теперь понятно, почему на меня было покушение. Они проверяли. А кто эти «они»?

- Я в поисках. К тебе приставлена охрана, - произнес Боргард.

Я вспомнила тот газетный выпуск, когда Камиллая выходила из покоев принца. Это была уже не та Камилла. Другая. Получается… Если она истинная, то …

- О чем ты задумалась? – спросил Боргард. Он был терпелив и, казалось, что все понимал.

- Лучше бы ты не спрашивал! – выпалила я, делясь подозрениями. Глаза Боргарда опустились.

- Он с ней … того, раз она истинная? – полушепотом спросила я, чувствуя, что меня обманули. Горечь обмана застряла в горле, встала комом.

- Драконам очень трудно сдержать себя в такие моменты, - медленно произнес Боргард. – И я не думаю, что ты захочешь знать ответ на этот вопрос.

- А это привязка к телу или к душе? - спросила я, кажется, догадываясь. В голове был такой сумбур. Получается, он изменял мне с истинной, не в силах противится драконьей природе, или пытался изменить ей со мной?

- И к телу, и к душе, - произнес Боргард. Его теплая рука привлекла меня, а я уткнулась ему в грудь.

- Скажи, ты любишь принца? - негромко произнес он, а я сделала глубокий шумный вдох, чтобы проглотить слова.

- Я не знаю, - прошептала я. – Я честно не знаю. Он хороший, как оказалось очень добрый. В нем есть некоторое благородство.