Цирк кошмаров

Ну конечно, Серж любил свою хозяйку! Любил, но держал это глубоко в себе, его чувства лишь изредка прорывались наружу случайным жестом, быстрым взглядом… Каково это: любить кого-то и потерять – так страшно, не успев произнести ни слова любви…

Но все же Серж был настоящим мужчиной, он сумел взять себя в руки и загнать свое отчаяние куда-то в глубь сердца – туда же, где жила его любовь.

Алисе было его ужасно жалко, и в то же время она не могла не позаботиться о том, кто сейчас больше других нуждался в заботе. Нужно напомнить Сержу, что Моник любила этого малыша, и тогда, ради нее, он позаботится о больном ребенке.

– Моник хотела забрать Квазимодо, – напомнила девушка, встав перед французом. – Вы не можете его бросить. Она умерла, защищая его. Вы понимаете? А еще он очень умный. Он сумел позвать меня на помощь.

Серж усмехнулся одним уголком рта.

– Ну конечно, этот урод ужасно способный! Кажется, ты говорила, будто он может влиять на сознание… Так почему же он не остановил убийцу?!

– Он пытался, – горячо вступилась за малыша Алиса. – Но не вышло. Может быть, дело в том, что этот Гуттаперчевый тоже мутант, а может, у него просто очень сильная воля.

– Такое бывает, – подтвердил Олег. Он сделал шаг и встал рядом с Алисой.

Ей было это очень приятно – то, что они выступали вместе, что он разделял ее цели.

Серж отвернулся, избегая их взглядов. После смерти Моник он держался из последних сил.

– Она полюбила Квазимодо, – напомнила девушка. – Она очень хотела бы, чтобы о нем позаботились…

Серж молчал, а потом все же повернулся к ребятам.

Глаза его были потухшими, словно выцветшими.

– Хорошо, – сказал он тихо, – я позабочусь о ребенке. Можете не волноваться, и… спасибо.

– Вам спасибо, – Олег пожал Сержу руку. – Мы спасли хотя бы Квазимодо и мою маму… Но теперь вы уедете, я понимаю…

Только тут Алиса поняла, что дела Сержа в России закончены, больше его ничего здесь не держит. А значит, они останутся без защиты – наедине с проблемами, убийцей и профессором, который явно еще не готов смириться и успокоиться.

– Не бойтесь, – Серж улыбнулся хотя и грустно, но уже по-настоящему, – я вас не брошу. Моник не хотела бы этого… Я увезу малыша, ему будет безопаснее во Франции. Если хотите, поедем все вместе. Переждете какое-то время, а мои люди попытаются разобраться с профессором.

Предложение было заманчивым. Уехать ото всех проблем, переждать их под надежной защитой. Девушка взглянула на Олега и вдруг поняла, что никуда тот не уедет. По крайней мере до того, как решится проблема с отцом. Об этом говорила и упрямая складка губ, и почти сошедшиеся на переносице брови.

Но Волков молчал, как внезапно поняла Алиса, для того, чтобы не мешать ей с выбором.

– Мы останемся, – сказала она решительно, – но не откажемся от помощи.