Сборник циклов

– Почему?

– Трудно объяснить, особенно если сам это не понимаешь. Я просто иду в Сердце Мира.

Спустившись с единорогаз, Робин с самым невозмутимым видом шагнул вперёд. Глядя на него, толпа попятилась, все поспешно расступались с его пути.

– Нет, – крикнул Зардрак, – хватайте его!

Остановившись, Робин повернул голову и отчётливо произнёс:"

"– Вашей армии больше нет. Всё кончено. Не бойтесь, никто вас не тронет, я просто иду в Сердце Мира.

Никто и не пытался ему помешать. Его одинокая фигура внушала всем странное почтение. Все послушно расступались, давая ему дорогу, и смотрели с испугом и мистическим трепетом. Но Робин не обращал внимания на эти взгляды. Встав перед основанием лестницы, он покачал головой: взобраться наверх с его раненной ногой – немалый подвиг. Вслед ему донёсся истошный крик Зардрака:

– Глупец! Одинокий Бог сейчас у себя! Ты лишишься разума, если приблизишься к его логову!

Не обернувшись на потрясённого жреца, Робин произнёс:

– Я иду в Сердце Мира!

Он сделал первый шаг, поднялся на одну ступень. Ему надо было преодолеть ещё семьсот сорок четыре.

Колено болело, как ошпаренное.

Сата лежала в дальнем углу маленькой пещеры. Её ноги были связаны у колен, но руки свободны. Это не утешало: сбежать было невозможно, у выхода расположилось более десятка похитителей. Исса до сих пор не могла оправиться от потрясения после неожиданного нападения. Её охрана билась отчаянно, многие враги нашли там свою смерть, но всё было тщетно. Погибли все, а ухмыляющийся Валет с ужасной силой ударил иссу в бок прикладом автомата, скинув её с седла. Девушка во всех деталях помнила, как упала на землю и, прислушиваясь к боли в треснувших рёбрах, беспокоилась только об одном – как бы не пострадал её будущий ребёнок.

Но будущего не было. Ей нельзя попасть к Зардраку. Тот попытается использовать её, чтобы надавить на Робина. У любимого большое сердце, но он вождь и прежде всего должен думать о своём народе. Ему придётся отказаться от неё. Сата страшилась представить, что будет твориться при этом в его душе, она не должна обрекать своего Робина на такие муки. Ей надо умереть самой, это будет самым правильным. Надо торопиться, потом такой возможности больше не будет.

Девушка разжала ладонь, открыла маленькую нефритовую бутылочку, посмотрела на блестящую поверхность хрустальной жидкости. Ей было очень страшно делать последний шаг. Остановить могло бы только одно – если бы её будущий ребёнок был сыном. Сын – собственность отца, она не имеет права распоряжаться его жизнью. Но волшебница знала точно: у неё девочка, дар иссы в таких вопросах не обманывал. Дочка – это для матери, она может решать за неё. Жалко, что малышка так и не родится, если она хоть немного унаследует черты отца, то будет ещё красивее матери.