Сборник циклов

Робин вылез из почти законченного окопа, отряхнул руки, с улыбкой констатировал:

– Вернулся!

– А что со мной станется, – отмахнулся Хонда. – Такие бравые ребята, как я, из говна в шоколаде выскакивают.

– Рассказывай.

– Всё сказанное пленными верно. Оружия у них действительно хватает. Хороших бойцов мало, меня один в плен брал, ружьё с предохранителя снять забыл. Напасть на них нереально, место там совсем открытое, одни скалы, на них маячат дозорные. К рохо нас не пустят. Передали тебе предложение, будешь слушать?

– Валяй.

– Тебя причисляют к начальству, лучших ребят в боевики, остальных обижать не станут, баб трахнут. Пленных требуют отпустить. Ну, как тебе?

– Не вдохновляет. Кто у них главарь? Как человек.

– Обычная сволочь. Считает себя самой хитрой задницей в мире. Он уверен, что ты это предложение не примешь.

– Понятно. Значит, местный фюрер хочет поторговаться, как еврей на базаре. Это уже радует. Ладно, иди к Мавру, он тебя к делу приставит.

За ужином Робин огласил всем предложение противника. Надо сказать, оно не встретило понимания, а неугомонный Хонда поспешил сгустить краски и добавить жару:

– Анита, я Борману тебя описал, он остался очень доволен, аж слюни пускал, приказал своим слугам расширить кровать.

Девушка подавилась, закашлялась. Ахмед постучал её по спине, серьёзным тоном мрачно пообещал:

– Я сам его иметь на этот кровать. Пусть длиннее дэлает, а то нэ люблю, когда ноги висеть, коленка сильно больно.

– Что же нам тогда делать? – спросила Лена.

– Пока сидим тихо, – сказал Робин. – Завтра Хонда опять к ним сходит, с новым предложением. Посмотрим, что они скажут, там видно будет.

ГЛАВА 11

– Да там, в натуре, почти все в железе, как рыцари, – восторженно докладывал Ганс. – Ну, чисто крестоносцы!

– Ты пургу не мети, – степенно охладил его Борман, – по порядку говори. Сколько их, кто, как. Чем там занимаются.

– Ну, их там человек пятнадцать. Пять баб, это точно. Два ружья, больше не видел. Доспехи не известно – у всех или как. Они их то надевают, то снимают, никак не поймёшь. Но сбруя там классная! Кольчуги, латы, какие-то пластинчатые штуковины, шлемы – всё чёткое, красивое, чистый Голливуд. Мечей не счесть, топоры здоровенные, кинжалы. Луков полно, у них на пляже стрельбище, без конца тренируются, сволочи.

– Хорошо стреляют?

– Да не понять, я далеко сидел, даже бинокль не помогает. Но вроде попадают. Девки у них полный отпад, у меня аж линзы запотели.

– Ишь ты! Как стреляют, ты не понял, а баб рассмотрел во всех подробностях. Интересное у тебя зрение, может, вынуть один глаз, посмотреть, как он устроен?

– Борман, да ты че? Я же тебе не гоню! Бабу правильный мужик где угодно разглядит! Сюда этот, белобрысый, топает, что вчера приходил.