Сборник циклов

Пригляделся – так и есть, этот заяц выглядит уныло, что резко диссонирует с обстановкой праздничного лагеря. Более того – на глазах у него выступают слезы.

Хоть и заяц, но все равно непорядок:

– Эй, уважаемый, выпейте вина за нашу победу.

– Вашу победу? – безжизненно уточнил заяц.

Офицер, указав на грязную тучу, пояснил:

– Вон же – это наша победа.

– Не ваша, – тихо ответил заяц и, прикрыв лицо ладонями, скрылся в шатре.

* * *Тим, осознав, что все закончилось и новых ударов по спине, наверное, больше не будет, осторожно прошептал:

– Эль, ты как?

Своего шепота он не расслышал. Оглох? Только этого ему не хватало для полного счастья… Встал осторожно, скинув при этом немало камней, присыпавших ему спину, – понятно теперь, почему она так болит. Расселину затянуло клубами пыли, да и запах дыма присутствовал – уже в нескольких шагах трудно было что-нибудь разглядеть.

Рядом, лицом вверх, спокойный как никогда, лежал ценатер Хфорц. Точнее, верхняя часть ценатера Хфорца – офицера разрезало на уровне поясницы. Инструмент, совершивший эту радикальную хирургическую операцию, торчал в каменистом грунте. Огромный прямоугольный щит имперского легионера – стальная пластина и подгоревшая кожа. Жутковато представить ту силу, с которой его сюда зашвырнуло.

Люди, присыпанные землей и камнями, начали шевелиться, хоть и не все. Припав на колено, Тим за плечи приподнял Эль. Увидев ее открытые и очень даже живые глаза, он облегченно улыбнулся и громко попросил:

– Посиди здесь – я Апа проверю.

Свой собственный голос звучал странно – как будто слова доносятся изо рта, отстоящего на десяток шагов. Но этого ведь не может быть – рот у Тима остался на месте, несмотря на все неприятности. Присев возле полузасыпанного Апа, он осторожно потряс товарища за плечо. Тот, будто этого ожидал, ответил мгновенно:

– Вставать уже можно?!"

"Слова его тоже доносились как бы издалека – Тим понял, что он не оглох, просто оглушен изрядно. Такое с ним уже бывало пару раз – когда рядом ударила молния и когда взорвался железный дракон.

– Можно. Поднимайся, Ап. Ты цел?

– А что со мной сделается? Самое худшее – штаны испоганю. Эта беда с детства за мной ходит. Но здесь меня так приголубило резко, что я даже не успел на грязное дело сподобиться. А Эль как?

– Вроде ничего. Я ее собой прикрывал, камнями ее не побило. Вот же она.

Эль, неуверенной походкой подойдя к товарищам, присела, изумленно произнесла:

– Тим! Голос!

– Что «голос»?

– Голос не спас меня. Меня спас ты. Всегда меня голос спасал, но сейчас он ничего не приказывал.

– Глупая ты. Голос не ошибся – он ведь сказал, чтобы ты за мной шла. Осталась бы внизу – погибла. Там бы никто не выжил…

– Что это было?

– Оружие… очень плохое оружие.