Сборник циклов

Неизвестно, чего можно ожидать от человека, полностью свихнувшегося на теме топоров.

Глипи, не упустивший ни одного слова из монолога Рубаки, с ухмылкой добавил:

– В третьей роте есть парень по прозвищу Топор. Мне кажется, он брат-близнец Рубаки. Полностью глухонемой человек, покуда речь о топорах не зайдет.

Тима известие о наличии в отряде сразу двух сумасшедших топорщиков не слишком обрадовало. Красочный монолог Рубаки его впечатлил – он стал продумывать варианты способов борьбы против таких бойцов. Хотя какие тут способы – лука нет, доспехов тоже нет. Если противник будет в броне, надо просто убегать. Если без брони… Секира – штука тяжелая, и инерция у нее значительная. Можно сыграть на скорости меча, главное – не подставиться под сокрушающий рубящий удар. Тут верная смерть или, если сумеешь отбить, на землю рухнешь от такого толчка. Плохо, что секира еще и длиннее намного – на дистанции не сыграешь. Не будь этот Рубака таким странным, можно было бы попробовать с ним провести несколько учебных боев, чтобы на практике прочувствовать, каково это. Но с этим не стоит – может запросто позабыть, что бой учебный, а Тим не горит желанием потерять пару конечностей.

* * *Эль вернулась только в сумерках. Тим уже даже начал испытывать негативные эмоции, представляя, что она пропадет неизвестно куда на целую ночь. Фол, появившийся перед ней, сразу начал хлопотать насчет ужина, приставив к котлу Глипи и Отонио, так что к приходу девушки почти подоспела перловая каша, приправленная костлявым изюмом. Интендант вытащил из своих закромов дюжину огромных луковиц и мешок сухарей, после чего радостно заявил, что сегодня ужин исключительно удачный. Тим так не считал – по пути в столицу Ании он питался несравненно лучше. В нищей стране за простой медяк можно было купить десяток свежих яиц, а на вторую монету – пышный каравай горячего хлеба и кусок овечьего сыра с горными травками. Обжора Ап не уставал хвалить местные продукты – по его словам, здесь все гораздо вкуснее, чем имперское."

"Сплевывая косточки из разжеванного изюма, Тим внимательно слушал нескончаемую болтовню Фола. Тот, в отличие от денщика, утащившего полную миску в палатку, снобизмом не страдал и с нерегулярщиками общался охотно. Для начала интендант долго расхваливал Эль. По его словам, выходило, что она не просто знахарка, а магичка, ничуть не уступающая в силе лучшим имперским магам (чему Тим не удивился). Солдат, загибавшийся от воспаления в раздувшейся брюшине, уже через час после ее лечения пришел в себя и попросил воды. Другому, пострадавшему в драке, она вправила расплющенный нос и вывихнутую руку. С третьим возилась очень долго – бедняга расшибся, упав с лошади, и второй день лежал без сознания.