Сборник циклов

– Можешь считать, что мы давно знакомы.

– Хорошо. Надо мне привыкать к вашим обычаям. И все же – почему ты задала тот вопрос?

– Захотела и задала. Интересно было, что ты на него ответишь. И мне почему-то кажется, что сюда ты попал не случайно.

Тим, сам не зная зачем, начал рассказывать то, что несколько дней назад рассказал Апу, – про свой путь. Девушка слушала его не менее внимательно, чем клингер, но, выслушав до конца, нашла в ответ совсем другие слова. Надо сказать, слова столь же странные, как и она сама.

– Тебя ведут не люди – тебя ведут твои же поступки. Ты просто о них не задумываешься – делаешь то, что должен делать. Намайилееллен стар. Очень стар. И почти мертв. Северного полушария нет – от экватора до полюса простирается единая язва. Язва страшная и непростая – даже охотники за артефактами не рискуют туда забредать. В прежние времена цивилизованный мир располагался именно там. Самые великие государства Древних. Когда была война, по ним пришелся главный удар. И началась эпоха дикости. Даже сейчас она не прошла – в цивилизованной Империи лишь в нескольких городах есть система канализации и водопровод, а про остальные страны можно и не вспоминать. Половины мира больше нет. На юге уцелело немало земель, а часть их, пострадавшая несильно, уже очистилась – вот это и весь наш мир. Когда это случилось, выжившие хлынули на юг. Они убивали друг друга за еду или глоток чистой воды. Цивилизация рухнула, многие расы исчезли. Люди, прежде жившие под пятой Древних, не рискуя поднять голову, сумели выкарабкаться. Неудивительно: ведь они обитали на скудных землях Юга, никто на них не претендовал, и во время войны они отсиделись в стороне. А потом, дождавшись, когда сильные станут слабыми, добили уцелевших.

Хотя это было зря – те и сами бы недолго протянули в изменившемся мире. А так они вынуждены были вступить в свой последний бой, пытаясь даже не защититься от людей, а, наверное, просто отомстить хоть кому-то за то, что совершили сами же. Они убили старый Намайилееллен, а новый убил их. Люди уцелели, но последняя битва поставила их на грань вымирания. Их общество погибло, а земли были отравлены. И люди начали выживать. Потеряв старые знания, но сохранив память о том, что знания все же были. Затаив ненависть на все древнее, но жадно к нему стремясь. Люди плодятся быстро – на Юге им уже тесно. Они не успели поднять свою культуру на тот уровень, где возможно хоть какое-то взаимоуважение между народами и бережное отношение к ресурсам. Они привыкли брать то, что им нравится, силой и сразу все. Они не видят ничего, что располагается за пределами их маленького уютного мирка. Даже язвы не замечают, а про Север и вовсе не думают. Никто из людей не думает про Север… никто… Тимур, мне известно, чего хочет твой народ.