Сборник циклов

Тот, последний, умерший от отравленной раны, похоже, назвал ее по имени. Откуда у нее такие странные способности? И как она вообще появилась на свет, если вы предполагаете, что у зайцев рождаются лишь мальчики?

Наместник остановился, задумчиво уставился вдаль, еле слышно произнес:

– Это вопрос из вопросов… И нам очень хочется узнать на него ответ. Втайне я надеялся, что вам это удастся. Не удалось… Да кто же она такая, эта девочка, и что с ней не так?!

ГЛАВА 21

Дождь лил уже третий день. Встретив ее еще на нормальной земле водяной пылью, он на землях язвы сменился нудным, монотонным обложным дождиком. Под таким можно смело бегать с час, а то и более – особо не вымокнешь. Но вот шагать под ним три дня… Даже навощенный плащ давно уже не спасал – одежду хоть отжимай. Язва, наверное, останется в ее памяти как самое сырое место в мире."

"Опираясь на свой резной посох, она медленно поднималась в гору. Там, на пологой вершине, виднелись какие-то развалины, – похоже, раньше это была наблюдательная башня. Возможно, ей удастся там укрыться от дождя. Да и зеленые кусты вокруг камней внушают оптимизм, – очевидно, это очередной пятачок жизни, уцелевший посреди язвы. Древний яд не вечен, постепенно слабеет – через десятки веков здесь будут нормальные трава и деревья. И животные с птицами вернутся. Надо лишь подождать – природа умеет лечить раны земли, дай только время.

Нога в очередной раз соскользнула по напитанной водой глине – если бы не посох, пришлось бы катиться вниз по крутому склону. Дерна здесь нет, и на таких участках подниматься очень непросто.

Ей вдруг вспомнилась Нурия, зимний перевал, занесенный мокрым снегом. Война Древних не до конца уничтожила смену времен года – зима просто стала короче и теплее. То снегопад, то оттепель, то растает, то замерзнет. Ей не повезло – перебираться через горы пришлось в самое холодное время, по замерзшему льду, прихватившему слякоть последней оттепели. Подниматься вверх тогда было невесело: синяков она понабивала немало – посох на твердом льду не очень-то помогает.

Сейчас ей полегче – хоть не падает. Да и поклажа плечо не обременяет – мешок с вещами и остатками еды тащит Суслик. Суслик – это вовсе не видовое название того существа, которое столь любезно служит ей сейчас в качестве носильщика. Если и было в мире что-то менее всего похожее на настоящего пушистого и милого суслика, то это создание как раз и топало сейчас за ней, сжимая полуметровыми клыками лямку ее мешка. Надо же как-то называть свое животное? Почему бы не Сусликом? Свистит он, по крайней мере, ничуть не хуже настоящего суслика – пожалуй, даже лучше.