Сборник циклов

Потому тревожный свист со стороны поселка услышал одновременно с толпой и лихорадочно закрутил головой в поисках опасности. Часовой на вышке просто так шуметь не станет – сигнал тревоги.

Олег, моментально подобравшись, вскарабкался на скалу, уставился вдоль расселины, раздраженно отвесил наблюдателю подзатыльник:

– Придурок! Тебе для чего глаза дали?! Как можно быть таким тупым?!

Народ полез кто куда, поглядывая в ту же сторону. Не выдержав, Макс громко спросил:

– Олег, что там такое?

– Лодка к нам идет.

– Чужая?

– Свои все дома.

– Далеко?

– Да нет уже. Проспали наши зоркие дозорные. Ребята там какие-то серьезные. Вроде со стволами. Марш все отсюда! За баррикаду! Пикар, на корабль своих тащи! Если в поселке не спят, то к нам подмога придет раньше, чем эти приплывут.

– Олег, там негры?!

– Откуда я могу знать без бинокля? Издалека мы все негры…

Глава 11

Поселок со времен нашествия готов превратили в подобие настоящей крепости – не сравнить с прежним убожеством. Но в системе обороны этой крепости был один очень серьезный изъян: валы и баррикады не защищали кораблей. Глубоководная протока, в которой стоял флот, была отделена от берега широкой полосой мелководья, почти сплошь заросшей жгучим кораллом, – что-либо построить на нем затруднительно, да и без толку: даже лодке-плоскодонке там не пройти. Создать искусственную защищенную гавань тоже не получится – возможностей нет. Если укрыться на острове, то враг захватит оба судна или уничтожит. И если лишиться посудины Черных Тигров некритично, то остаться без «Челленджера» – катастрофа. На всем архипелаге не найти ничего подобного этому неуклюжему, но ценному суденышку. С его помощью можно добывать то, чего не купишь ни за какие деньги. Ведь на островах и отмелях нет ничего, кроме ракушек, древесины кокосовой пальмы, ореховой скорлупы и никуда не годных камней – крошащегося в руках кораллового известняка. Даже кость большая редкость, особенно хорошая. Разве что человеческих полно, но мало кто решился бы их использовать.

Светляки, столь бесцеремонно забрасывающие сюда людей, не ограничивались только ими. В тропический ад нередко попадали животные и птицы, еще чаще насекомые. Наверняка и рыбы бывали, вместе с другими обитателями морей и рек, но их появление зафиксировать сложнее.

Хватало и неодушевленных предметов. Люди падали рядом с буями в том виде, в котором приходили полюбоваться таинственным свечением: в одежде, обуви, с предметами в руках, с сумками на плечах, с рюкзаками за спиной, на велосипедах – кому как повезет. Но этим список не ограничивался. Феномен захватывал все, до чего мог дотянуться, причем безо всякой логики и последовательности.