Сборник циклов

Косяков наделаю, и вообще… Понятия не имею, как нам вообще теперь быть. Ни одной идеи. А вот у тебя идеи точно есть. Давай ты за главного будешь? Ребята не против.

– Ты чего! Совсем сдурел? Кто я, а кто ты?!

– Да ничего. Я замом буду. Я хороший зам, я – исполнительный. Но думать – тебе, на меня сильно не оглядывайся. Ты – серьезный, ты справишься. И в бою зверь, а это нам пригодится. Жизнь – сам видишь какая… Ребята за тобой пойдут – они видели, как ты дрался.

– Если уж так, то лучше Олег – он опытнее.

– Олег? Да он клоун. Не скажу, что плохой человек, но несерьезный. Не для него такое. Я вот даже не знаю, за что хвататься, когда доберемся до острова. Говорю же. Если доберемся. Думать надо. А я не могу.

– Ну ты вот так, ни с того ни с сего, не перекладывай на меня все. Давай вместе думать, раз одному тяжело. Я здесь меньше двух недель, а ты вдруг наваливаешь такое… Ты же старше – тебе проще.

– Мне кажется, сейчас не на возраст надо смотреть, а на кое-что другое. Да и нетрудно мне – не думай, что дело только в этом. Просто не мое. Понимаешь?

– Нет. Тебя Бизон назначил главным, а ты решил отказаться.

– Бизон на меня рукой махнул. Сказал, что толку от меня нет. Да и его тоже теперь нет – готы главного щадить не будут. Не надо нам на Бизона оглядываться. Забудь о нем. Мы сами по себе. Да и не жаль мне Толю. Он вроде и неплох был, но быстро сдулся.

– В смысле – сдулся?"

"– Да поначалу, когда мы Чалого и почти всю его шайку слили, у него планов было ого-го! Хотел наладить в поселке все по-новому. Суд провел тогда красивый. Пощадил тех, кто уцелел, но с условием – пахать будут как трактора. Так и получилось – работали они в самых гиблых местах. Там и остались. Из них только Рыжий уцелел, да и то потому что в шныри пробился – хитрый, зараза. Народ тогда радовался: мелочь думала, что все плохое в прошлом. А потом как-то потихоньку заглохло и почти так же все стало. Вернулись мы к тому же болоту. Ну, может, чуть почище. Бизон ленками оброс, обленился, на брагу и травку подсел, перестал в экспедиции ходить, и сами экспедиции все мельче и мельче становились. Если бы не Эн, вообще бы про них думать перестали. А ведь поначалу замыслов гора была. Хотели все рифы обследовать, карту составить, связи наладить с другими поселками. Знаешь, когда Чалого под нож пустили, я думал, что изменится вообще все. Что мы за горизонт заглянем. Мечтал, как дурак, о путешествиях, экспедициях дальних, открытиях. О жизни не просто нормальной, а интересной. И не я один. А потом оглянулся – а до горизонта уже рукой достать. Тесно стало… очень тесно… Тупо жрали и пили… вот и все. Ничего никому не надо больше. В поселке уже жизни не было – некому там защищаться. Я не знаю, что там случилось, когда готы напали, но, думаю, не сопротивлялся никто толком.