Сборник циклов

Противник не удержался на ногах – тело Макса подсекло его голени.

Падать в плохо гнущихся доспехах – удовольствие сомнительное. Противник потерял свой страшный меч, а Макс, подняв его, вскочил гораздо быстрее – ему ведь ничто не мешало. Ударил без замаха, но метко – под колено поднимающемуся готу. Брызнула кровь, враг рухнул, заорал, из положения лежа лягнул неповрежденной ногой, но не достал. Макс размахнулся сильнее, врезав от души по наглой конечности, чтобы не размахивал. Опять крик, так похожий на тот, когда Чукчу убивали. Но сейчас Макса им не проймешь – страх пропал бесследно. Злость не появилась – просто хотелось жить, а этого будет нелегко добиться, если не отправить готов на тот свет. Надо бить и бить, покуда все не умрут. К убийству Макс сейчас относился как к грязной работе: не хочется, неприятно, но за тебя никто не сделает.

Ему ведь обязательно надо выжить, значит, придется.

Лишь пятым или шестым ударом Макс наконец попал в лицо – гот прикрывался правой рукой, левая, со щитом, при падении оказалась придавленной, да и вывернулась неестественно. Он отчаянно защищался, пока не перебило локоть. Кромка меча захрустела, осколки раковин разорвали щеку, скулу, впились в глаз. Враг затих – видимо, оглушило сильно или вообще сознание потерял. Но Макс не успокоился – врезал еще раз. Теперь по шее – ее ничто больше не прикрывало. И понял: теперь все. Работа выполнена. И опять без эмоций – надо было, вот и убил."

"Обернулся. Еще один враг валяется, его остервенело молотят копьями несколько ребят. Пара полуголых фигурок лежит на песке, в глаза бросились потеки крови. Трое оставшихся готов сумели объединиться, встали треугольником, отчаянно отмахиваясь от наседающих противников. Это давалось им нелегко – один был ранен в ногу; второй остался без шлема, кровь из разбитого лба заливала глаза. Все они дружно орали, но в крике этом теперь было больше отчаяния, чем ярости.

Макс похолодел – из зарослей на другой стороне поляны выбрался ящер. По размерам ничуть не меньше того, который утащил Додика. Возможно, тот же самый – вернулся за добавкой. Несмотря на габариты, монстр двигался тихо – ни одна веточка не хрустнула под лапой. Ребята, увлекшиеся резней, не заметили его, а вот он видел всех прекрасно. На миг Максу показалось, что в желтых глазах рептилии мелькнула растерянность – будто тварь не знала, кого выбирать в этом вкусном изобилии. Но колебалась она недолго – наметив для атаки место максимальной концентрации пищи, шустро помчалась в сторону центра схватки, к тройке отчаявшихся готов, окруженных полуголой ордой.

– Назад!!! – заорал Макс. – Тритоны!!!

С таким же успехом он мог крикнуть «Стой!» улепетывающему зайцу – никто, похоже, даже не услышал.