Сборник циклов

Вода была кристально-чистая, и даже волнение не мешало разглядеть опасные участки, так что в западню Макс ни разу не угодил. Но нервничал – все внимание приходилось уделять тому, что под ногами творится, а хотелось смотреть по сторонам.

Хотя имелись и плюсы – поглядывая вниз, Макс не раз замечал местных обитателей: какие-то мелкие рыбки шныряли в одиночку и маленькими стайками; упитанные креветки, неспешно перебирая лапками, уходили с его пути; израненную медузу прибило к подножию рифа; от обглоданной здоровенной рыбьей головы в щели между камнями расползлись крупные крабы. При желании здесь можно найти себе пропитание, хотя это не имеет смысла без воды. Морская его не спасет – Макс откуда-то точно помнил, что пить ее можно лишь малыми дозами и недолго. В противном случае начнутся огромные проблемы. Да и жажду она не утоляет – заплыв от буя к рифу ее немного уменьшил, но теперь она возвращалась с новой силой. Может, еще раз искупаться? Нет, смачивание кожи помогает мало, а времени на это уходит много. Достаточно поддерживать одежду в сыром состоянии.

Не выдержав, остановился, достал пачку жевательной резинки, бросил в рот белую подушечку. Хоть чем-то рот занять, да и для зубов полезно."

"По берегу полкилометра минут за пять мог бы пройти, а здесь полчаса пришлось переться. Не спешил, осматривал по пути каждый риф, обходил стороной глубокие расселины и впадины – нет смысла раздеваться, чтобы, проплыв несколько десятков метров, опять одеваться.

Под конец путь улучшился – рифы здесь слились в единый неровный массив. Можно было идти по суше, а не по мелководью. Правда, ослаблять внимание нельзя: не по тротуару топаешь.

Птицы улетели неохотно и недалеко – расселись по окрестным возвышенностям дожидаться ухода Макса. Увидев то, что вызывало их гастрономический интерес, он пожалел о своей любознательности.

Труп. Настоящий труп. Страшный и вонючий. Синюшная вздувшаяся кожа, бескровные уродливые раны, оставленные птичьими клювами, мерзкий запашок. Лежит на суше в крошечной ложбинке меж двух уступов. Подходить Макс не стал – и так все понятно. С удивлением оценил одежду покойника: брюки явно не летние и дубленка с поднятым воротником. Наряд не для тропиков.

Сражаясь с подступающей тошнотой, отошел от страшной находки, покосился в сторону буя. Там, обвязанные рукавами вокруг конуса, остались его куртка и свитер. Такая же теплая одежда, как у мертвеца. Совершенно очевидно, что бедолага попал сюда точно так же, как Макс. Вот только ему очень не повезло. Даже работа птичьих клювов не скрыла главного: голову изначально повредили не они. Скорее всего, он тоже оказался здесь на приличной высоте, вот только под ним простерлась суша, а не вода. Разбился насмерть или сильно покалечился, а помощь оказать было некому.