МИ (Цикл)

Резкий порыв ветра взметнул волосы Кэлен. Она отбросила назад непослушную прядь и продолжала ждать. Ма-Бан-Грид поднял голову. Огонь, пылавший в его глазах, погас. Заклятия пали."

"— Я слышал, что говорили духи, — сказал он тихо. — Я думал, они говорили правду. Но все так, как он говорит. Я просто старый глупец. — Он посмотрел на примолкших воинов. — Никогда бантаки не несли смерть другим людям. Не будет этого и сейчас. — Наклонив голову, он снял с себя медальон и протянул его Кэлен. — Прошу тебя, Мать-Исповедница, передай это Племени Тины. Я отдаю его с миром. Войны не будет. — Он повернулся. Ричард уже убирал меч в ножны. Ма-Бан-Грид вновь посмотрел на Кэлен. — Благодарю тебя за то, что остановила нас. Если бы не ты, я продолжал бы прислушиваться к голосам духов обмана и творил бы ужасные вещи.

Кэлен почтительно склонила голову перед стариком:

— Я рада, что смогла предотвратить кровопролитие.

Ричард посмотрел на нее:

— Спроси, как духам удалось склонить его к поступкам, противоречащим традициям его народа?

— Ма-Бан-Грид, каким образом духи пробудили в твоем сердце жажду крови?

Он бросил на нее неуверенный взгляд:

— Их голоса приходили ко мне среди ночи. Они нашептывали мне чувства, которые были им нужны. Сначала я не подчинялся им, но в этот раз не смог устоять. В моем сердце вспыхнула ненависть, которой я не знал раньше.

— Завеса, отделяющая наш мир от подземного, порвана, — сказал Ричард. Кэлен перевела, и по толпе воинов пробежал испуганный шепот. — Духи лжи могут заговорить с тобой снова, вождь. Будь начеку. Я понимаю, что ты был обманут, и не держу на тебя зла. Но надеюсь, что теперь, когда ты знаешь правду и предупрежден, ты будешь осмотрительнее.

— Благодарю, волшебник, — кивнул Ма-Бан-Грид. — Я буду бдителен.

— А что еще говорили тебе духи?

Старик нахмурился, припоминая:

— На самом деле я не помню, чтобы голоса говорили что-то конкретное. Просто их шепот порождал во мне жажду крови. Мой сын… — Вождь опустил глаза. — Тот, кто погиб… Он был подле меня и слышал их тоже. Но я чувствовал, что с ним духи говорят иначе, чем со мной. Потом в его глазах загорелась дикая ненависть. Она была гораздо сильнее моей. После этого он сразу ушел.

Некоторое время Ричард молча смотрел на вождя, а когда заговорил, голос его был мягок:

— Прости, Ма-Бан-Грид, что мне пришлось убить твоего сына. Это разрывает мне сердце. Но я должен был это сделать. Если бы у меня был другой выход, я бы воспользовался им, верь мне.

Старик кивнул, но ничего не смог выговорить. Потом он оглядел своих людей и, казалось, внезапно устыдился чего-то.

— Я не знаю, что мы здесь делаем, — прошептал он. — Это не наш путь, о бантаки.

— Это вина духов обмана, — сказал Ричард. — Я рад, что мы оказались здесь вовремя и помогли вам увидеть истину.