МИ (Цикл)

Едва огненный шар исчез, она глубоко вздохнула и схватилась за обрывок каната, чтобы сохранить равновесие.

Когда «Идущий» взлетел на высоком гребне волны и снова рухнул вниз, у всех троих подогнулись колени.

— Сожалею, что я не смог помочь тебе во время битвы, колдунья. — В голосе Натана звучало недоумение и испуг. Он взглянул на свои ладони. — Я так и не обнаружил в себе магию. Я пытался вызвать заклинания, которые использовал всю свою жизнь, даже самые простые. Но так ничего и не вышло.

— Это был разгар битвы. Вы не могли сосредоточиться, — сказал Бэннон. — Но ваш меч оказался смертоносным, и вы меня спасли.

— О, и не единожды, я полагаю. — Натан выдавил подобие улыбки. — Но и ты спас меня. Я даже сбился, считая поверженных нами врагов. — Плечи старика поднялись и опустились, и он снова повернулся к Никки. — Как бы я ни старался, коснуться своего Хань так и не смог. — Волшебник осторожно провел пальцами по шее. — Может, на мне металлический ошейник, которого я не вижу? Невидимый Рада'Хань мешает мне использовать мои силы?

Никки прекрасно понимала, как Сестры во Дворце Пророков контролировали своих одаренных учеников-мужчин с помощью железного ошейника, блокирующего их от использования жизненной силы. Натан, будучи пленным пророком, большую часть жизни носил такой ошейник, как и Ричард, когда он был принят Сестрами на обучение.

— Мне не известно ни одной внешней силы нейтрализующей твой дар, волшебник, — сказала Никки, когда они поднялись на ноги. — Но ты утратил магию еще до того, как появились шелки. Ты даже не смог вызвать пламя, чтобы показать Бэннону трюк.

Натан опустил голову.

— Добрые духи, я знал, что потерял дар пророчества, но теперь еще и утратил свою магию? Я больше не ощущаю себя целым.

Дождь продолжал их заливать, а ветер был настолько сильным, что капли казались увесистыми градинками. Еще одна сломанная рея раскололась и рухнула на палубу, снесенная резким порывом ветра. Волны бились в нос, заставляя вздрагивать весь корабль, и Никки едва держалась на ногах, крепко вцепившись в канаты.

— Если мы переживем эту ночь, я с удовольствием рассмотрю возможные причины утраты твоей магии, — сказала она.

Бэннон пытался подойти к ним ближе. Вода стекала по лицу юноши, и Никки не могла с уверенностью сказать, что это не слезы.

— Что же нам теперь делать? — спросил он.

Никки заметила мрачные ноты в своем ответе. — Нам надо выжить. Все зависит от нас самих.

Палуба стала опасно крениться: «Идущего» понесло по подошве волны.

— Мы должны обыскать трюм, — сказал Бэннон. — Могут остаться и другие выжившие.

— Да, мой мальчик, лучше нам проверить. — Натан обменялся с колдуньей взглядом. Они оба понимали, что выживших больше нет.