МИ (Цикл)

Они выглядят как человеческие ладони, сжимающие жемчуг.

— Ладони сомкнулись чтобы исполнить желание, — произнес Бэннон.

В глазах Никки они лишь были грубыми пальцами, что удерживали спрятанные внутри сокровища.

— Эти рифы богаты раковинами, — сказал Буна после третьего погружения. — Здесь их хватит на сотню плаваний.

— И мы сюда еще вернемся, — пообещал капитан Илай.

Поскольку команда «Идущего» получала часть своего жалованья жемчужинами, то они подгоняли ныряльщиков погружаться снова и снова. Никки была рада видеть этих высокомерных бездельников работающими без передышки.

Но в конце дня, когда солнце садилось в сполохах оранжевых и золотых огней, пятеро ловцов изрядно вымотались. Хотя Сол, Элджин и Ром не казались склонными выполнять дополнительную работу, Пелл и Буна все же совершили последнее погружение. Обвязавшись веревками с грузами, мужчины прыгнули в воду.

Матросы сидели на палубе, болтали, выковыривали жемчуг и сваливали отходы за борт. Пелл и Буна уже долго находились под водой — дольше, чем при предыдущих погружениях в этот день. Натан вышагивал по палубе со все более озабоченным взглядом. Капитан тоже выглядел обеспокоенным.

Наконец Сол, нахмурившись, подошел к перилам и наклонился, заглядывая в темную воду.

— Тяните за веревки, надо вытащить их.

Он в напряжении схватил один из мокрых пеньковых канатов, Бэннон взялся за другой."

"Канат Бэннона сначала натянулся в его руках, затем внезапно рванул вниз, обжигая пальцы. Юноша вскрикнул и ослабил хватку; канат выскользнул из его рук, хлопнув по корпусу корабля: что-то тянуло его в глубину.

— Ни один пловец не смог бы тащить с такой силой! — буркнул Сол, напряженно борясь с незримым соперником.

Второй канат скрипел, упираясь под действием невидимой силы. Ром и Элджин бросились помогать, в попытке вернуть своих товарищей. Странная хватка тянула с такой мощью, что весь корабль накренился.

Ныряльщики рычали от натуги.

— Поднимайте их! — кричал Сол.

Неожиданно обе веревки лопнули и повисли в воде, словно плавающие водоросли. Быстро работая руками, мужчины яростно потянули одну из них, пока не показался оборванный конец.

— Зачем им понадобилось их резать? — изумился Элджин.

Бэннон уставился на порванный обрубок.

— Конец протерт, а не срезан.

Никки сразу поняла его мысль.

— Что-то разорвало веревку.

Пока неудавшиеся спасатели вытаскивали второй канат, Ром забрался на перила, готовый нырнуть за борт и попытаться спасти своих товарищей, но прежде чем он успел прыгнуть, из воды показался конец второй веревки. На нем болтался привязанный пояс, оставшийся от ныряльщика за жемчужинами. В поясе запутались влажные петли разорванных кишок и три позвонка, будто нападавший просто вырвал пояс сквозь спину человека.