МИ (Цикл)

Расположенный на высоком месте, вознесенный выше стен дворца, он словно бы парил над Равнинами Азрита. Место, где стоял Ричард, у центра ограждения, между выгнутыми внутрь боковыми дугами, было вынесено еще дальше от дворца. Двор, уставленный по всему краю большими горшками с кустами можжевельника, так, что стены их апартаментов едва виднелись из-за стоявших в горшках деревьев, казался Ричарду весьма уютным.

Он давал нечто редкое и драгоценное: возможность уединения.

Только здесь они могли оставаться наедине. Даже Бердина никогда не входила сюда без стука.

Бердина усердно трудилась – отбирала пророческие книги. Как и все, она с удивлением узнала, что настоящие пророчества появлялись исключительно благодаря Регуле. Всегда были и всегда будут люди, уверенные, что могут видеть будущее. Они либо заблуждаются, либо слишком легковерны, либо мошенники, которые стараются вытянуть у людей деньги, открывая им свою версию будущего.

Подлинные книги пророчеств, признанных настоящими, а на самом деле случившихся благодаря Регуле, уничтожались. Кое-кто утверждал, что, даже если эти пророчества теперь ложны и бесполезны, их следует сохранить как образцы прекрасного мастерства. Другие предпочитали держаться за суеверные представления, что, возможно, пророчества верны, и если книги уничтожить, то не миновать беды. В этом, по сути, и крылась ловушка пророчеств, их воздействие на человечество.

Натан же провел за многими из этих книг почти тысячу лет. Он помнил содержание большей их части. Кровь в его жилах давно смешалась с чернилами пророчеств. Он был волшебником с пророческим даром. Волшебником, к которому приходили видения, вызванные пророчествами. Поступали все пророчества, разумеется, из мира мертвых.

Ричард помнил бесчисленные беды, которые им с Кэлен доставляли пророчества. На свадьбе Кары и Бена люди, жаждавшие пророчеств, словно это был товар, стали причиной беспорядков. Погибло много людей.

Однако Ричард мог понять любовь Натана к этим книгам и сочувствовал ей. Он провел в заточении во Дворце Пророков почти всю свою жизнь, и книги для него были не просто друзьями. Они были его спасением. Книги уводили его за тюремные стены Дворца Пророков, в места, о которых он читал, которые мог вообразить – без надежды когда-либо посетить их.

Ричард подозревал, что именно это лежало в основе любви Натана одеваться как бывалый искатель приключений.

Однако Ричард знал, что пророчество – порождение подземного мира. Это была сама смерть. Воплощенная гибель свободы воли. Оно вызывало деградацию человечества, поскольку люди стремились к тому, чтобы пророчества помогали им принимать все без исключения решения. Все решения принимал за них мир мертвых. А теперь начиналась эпоха свободы воли.