МИ (Цикл)

Ричард праздно протер верх машины, раздумывая над тем, что же сказать. Наконец он произнес, обращаясь к машине:

– Я узнал многое о тебе с тех пор, как был здесь в последний раз.

Пол содрогнулся: машина снова запустилась. Символ, нарисованный светом на потолке, вращался, а тем временем внутренние механизмы машины втянули чистую полоску и начали что-то выжигать на ней пучком света. Наконец металл со звоном выскочил в желоб. Все это не заняло много времени, и полоска опять оказалась холодной.

Ричард бросил ее на верх машины и наклонился, опираясь на локти, чтобы перевести сообщение. Прочитав его, он нахмурился.

«Я знаю, что вы здесь не ради пророчества».

Ирония не ускользнула от него и, несмотря ни на что, заставила его улыбнуться. Машина словно бы дерзила – недостаток, который он знал за собой, но не всегда мог с ним совладать.

Впрочем, Регула была права. Ричард пришел не за пророчествами. Ему хотелось получить ответы. Он посмотрел на своих спутников, не сообщая им, что прочитал.

– Я знаю, это покажется несколько… странным, но, похоже, Регула лучше ответит на мои вопросы – лучше сосредоточится на том, о чем я спрашиваю, – если мы с ней будем наедине.

Кэлен бросила на него сердитый взгляд.

– Ты хочешь, чтобы мы оставили вас на время? – спросил Натан, подбоченясь.

– Скорее всего, так дело пойдет гораздо быстрее, – ответил Ричард.

Никки взяла Кэлен за плечо и наклонилась ближе, чтобы прошептать:

– Поскольку я читала свитки, мне кажется, что Ричард знает, о чем говорит. Думаю, нужно выполнить его просьбу.

Кэлен со вздохом смягчилась.

– Хорошо. Но, пожалуйста, не затягивай, хорошо? Нам нужно добраться к сдерживающему полю.

Ричард с улыбкой кивнул.

– Конечно.

Когда последний из них прошел в дверной проем к спиральной лестнице, он снова наклонился и обеими руками оперся на машину. Она мгновенно ожила, подхватила металлическую полоску из стопки чистых и втянула ее в свои механические недра.

Когда полоска наконец выскочила в желоб, Ричард подцепил ее за края большим и указательным пальцами и поднял, чтобы прочитать.

Символами языка Творения машина спрашивала: «Мне предстоит умереть?»

Этот вопрос внезапно задел Ричарда за живое. Он не испытывал к машине никаких чувств, но теперь, когда он многое изучил и узнал, что Регула выслана из мира мертвых, которому принадлежала, он воспринимал ее иначе. Регулу отправили в мир живых, чуждый ей мир, заключили, как в тюрьму, в металлическую коробку, вероятно, созданную творцами, и она развила разумность, чтобы действовать в чужом для нее мире.

Ричард чуть заметно улыбнулся, опираясь рукой на машину.

– В нашем мире всем приходится умирать. Ни у кого из нас нет выбора. Выбирать мы можем только одно: как жить.