МИ (Цикл)

Пророчество предназначено для того, чтобы его прочитал кто-то, хотя бы наделенный магическими способностями, а лучше другим волшебником со способностями пророка. Истинное пророчество – удел волшебников, не простых людей.

Молер обеспокоенно нахмурился.

– Вы хотите сказать, что здесь записаны… не истинные пророчества?

Никки пожала плечами.

– Если делать довольно предсказаний, когда-нибудь одно из них окажется правильным, – но случайно, не по предназначению. Людям западает в память то, которое оправдалось, и они наделяют значением другие, те, что считают попросту еще не сбывшимися, и при этом упускают из виду сотни или даже тысячи предсказаний, о которых уже забыли, поскольку те оказались ложными.

Изначально, кажется, для тех немногих, кто действительно не понимал пророчеств, это становилось навязчивой идеей, и они передавали свою веру в «пророчества» такого сорта своим преемникам. Приблизительно как суеверия, не более того.

Во Дворце Пророков я очень много лет работала с пророчествами, хранящимися в особых подземельях. Эти пророчества были написаны теми волшебниками, что были истинными пророками. По своему опыту могу сказать, что хотя здесь, возможно, есть несколько алмазов, большая часть этого – простые камешки.

Ричард рассуждал примерно так же. Его интересовало, чем на самом деле занимался Ханнис Арк в этой комнате. Если эти пророчества были по большей части бесполезны, то откуда Ханнис Арк узнал, как вернуть императора Сулакана из мертвых?

Глава 26

Ричард повернулся к писцу.

– Где Ханнис Арк работал большую часть времени? Вы сказали, что он подолгу работал здесь. Чем он занимался?

Молер неловко пожал плечами.

– Я никогда в точности не знал, чем именно он занимался. Он не обсуждал со мной свои дела – я был всего лишь его писцом. Хотя я знаю, что ему нравилось изучать старые документы. По крайней мере, именно за этим я его чаще всего заставал. Я начинал регистрировать пророчества в книгах рано утром, а он обычно приходил позже. Свою работу здесь он обычно заканчивал ночью, уже после того, как я уйду.

Старик поднял руку, указывая на большой стол возле постаментов, на которых лежали книги с пророчествами. Стол был в беспорядке завален разнообразными предметами, от украшений из кости и простых подсвечников до линеек, циркулей, различных бумаг и груды старых свитков. На стопе потертых регистрационных журналов стояла толстая свеча в серебряном подсвечнике. Судя по тому, что потеки стекавшего по подсвечнику воска застыли на одном краю этой стопы, она служила всего лишь подставкой.

– Иногда он подходил к книгам и читал записанные мною пророчества. Полагаю, он поступал так и в мое отсутствие, но, если честно, не поручусь.