МИ (Цикл)

Риск был слишком велик, а кроме того, я считаю, что мы и так получили от него все возможное. Я приняла взвешенное решение.

Вздохнув, Никки кивнула:

– Мне следовало бы знать, что ты все обдумала.

Кэлен погрузилась в свои мысли:

– Ричард учил меня думать о решении, а не проблеме. Так я и стараюсь поступать.

92

– Что мы теперь будем делать? – спросил командующий Фистер, когда Никки и Кэлен закончили беседовать и в коридоре снова повисла тишина.

Кэлен сглотнула:

– Ричард не вернется, нужно с этим смириться. Я просто обманываю себя, а страшная правда заключается в том, что Ричард умер. Мы знаем, как он поступил с останками Зедда. И что желал бы того же для себя. Он ушел, покинул нас в этом мире. И ради Ричарда мы обязаны позаботиться о его бренном теле. Нужно подготовить погребальный костер и попрощаться с ним.

Слезы медленно текли по лицам трех морд-ситов.

– Ты уверена, Кэлен? – спросила Никки. – Ведь Людвиг Дрейер применил свои оккультные способности. Мы не знаем – может быть, еще есть надежда.

– Надежда? – спросила Кэлен и покачала головой, будто пытаясь прогнать болезненные воспоминания, от которых никак не могла отвязаться. – Ты не видела того, что видела я. Крылатые темные демоны погнались за ним, схватили и вонзили в него когти, чтобы он не мог вырваться, а после обволокли черными крыльями, чтобы угасить его душу и унести в забвение.

Все уставились на нее в безмолвном ужасе.

– Но должна быть какая-то надежда, – сказала наконец слабым голосом Никки. – Ричард хотел бы, чтобы у нас оставалась надежда.

Кэлен ощущала опустошение. Мир живых оказался для нее мертвым.

– Надежда? Ханнис Арк с императором Сулаканом движутся к Народному Дворцу. Сулакан хочет разрушить мир живых, напустить на нас мир мертвых. В пророчестве говорится, что только у одного человека есть шанс остановить происходящее – у Ричарда. Пророчество сравнивало каждый шаг Ричарда, каждый его поступок с камнем в пруду, и только у него была возможность все исправить. Пророчество говорит, что единственная надежда справиться с угрозой третьего царства, вырвавшегося на волю, в том, что Ричард должен пресечь пророчество. Только у него есть шанс. Но теперь он мертв, а без Ричарда у нас нет надежды. По сути, из-за того, что с ним связано столько пророчеств, сам он был связан пророчествами по рукам и ногам, особенно тем, что был фуер грисса ост драука. С его смертью пришел конец и пророчеству. Оно погибло вместе с Ричардом. Ведь что оно может сказать о нем теперь, когда он ушел? Он был «избранным», а сейчас его нет. Смерть Ричарда в самом прямом смысле пресекла пророчество. Не осталось никого, кто может остановить зло, погружающее мир во мрак. Для жизни не осталось ни времени, ни надежды.