МИ (Цикл)

Смерть подавляла жизненную силу, но какое-то время жизнь и смерть существовали бок о бок. Ричард и Кэлен были отчасти мертвы, отчасти живы.

– Хорошо, – сказала Кэлен. – Пусть. Если ничего лучшего мы сейчас предпринять не способны, приступай.

Дрейер погрозил пальцем.

– Не так быстро. Какой мне с этого прок?

– Чего ты хочешь?

– Чтобы нас с Эрикой отпустили."

"Кэлен, продолжая сохранять маску Исповедницы, уставилась Дрейеру в глаза. Вся ее жизнь была посвящена раскрытию истины. Она задумалась над тем, как поступить и на что осмелиться. Сейчас все стояло на кону и зависело от ее выбора. Правильное решение еще не означало успеха, но если она ошибется, то потеряет все.

За краткий миг оценив слова Дрейера и риски, Кэлен приняла решение и кивнула.

– Согласна. Сделай, что обещал, чтобы сохранить тело Ричарда жизнеспособным, и вам позволят уйти.

Никки вцепилась в руку Кэлен.

– Сомневаюсь, что это хорошая мысль, Мать-Исповедница. На деле то, что он предложил, может оказаться бесполезным. И за это мы даруем свободу? Чтобы он лелеял месть? Чтобы однажды обратил оккультные способности против нас? Если бы он заставил сердце Ричарда биться, я бы не возражала. Но просто сохранить тело?..

Кэлен долго изучала Дрейера, размышляя о его оккультных способностях. Наконец, повернувшись, она направилась к кровати. Все дюжие воины в комнате казались мрачными и подавленными. Они потеряли Лорда Рала. Это было немыслимо. Что с ними станет без Ричарда?

– В юности, – начала Кэлен, – я знала одного мальчика в Эйдиндриле. Однажды на исходе зимы он провалился под лед на озере и провел там несколько часов, прежде чем его вытащили. Он, конечно же, был мертв – захлебнулся подо льдом. Его завернули в саван для захоронения, но вдруг он ожил. Я знаю немало подобных случаев, но этот видела собственными глазами. Так кто мы такие, чтобы определять, когда душа действительно ушла навсегда? Когда завеса закрылась? Если есть способ, так сказать, заморозить тело Ричарда, дать ему шанс вернуться из-за завесы, я не хочу упускать его.

Никки с пониманием посмотрела на Кэлен.

– Раз ты так считаешь, я согласна.

Повинуясь знаку Кэлен, лучники по краю комнаты натянули тетивы.

– Сними ошейник, – обратилась она к писарю, невозмутимо стоявшему у стены.

Молер побрел вперед, держа в руках ключи.

– Одно неверное движение, – сказала Кэлен Дрейеру, пока Молер открывал ошейник, – и в тебя воткнется дюжина стрел.

Людвиг кивнул:

– И я могу верить слову Матери-Исповедницы? Если я сделаю это, вы позволите мне уйти?

Кэлен бросила быстрый взгляд на колдунью, затем на Дрейера:

– Даю слово Матери-Исповедницы. Сделай, что обещал, и мы позволим тебе уйти.