МИ (Цикл)

Он знал, что это неправда. Только не Кэлен.

– Ричард! – кричала Никки, и по ее щекам струились слезы. – Пожалуйста, позволь посмотреть, могу ли я помочь! Ричард, отодвинься, умоляю!

Пытающимся оттащить Ричарда морд-ситам не удавалось сдвинуть его.

– Лорд Рал, – произнесла Кассия, наклоняясь и загораживая своим лицом Кэлен, – Лорд Рал, Никки – ее единственный шанс. Вы должны позволить Никки помочь Матери-Исповеднице.

Ричард моргнул. Это было разумно. Никки могла помочь Кэлен. У него не получалось справиться с дрожью, но наконец он отодвинулся благодаря трем тянувшим его морд-ситам.

Он протянул руку к Никки:

– Сделай что-нибудь!

Не обращая на него внимания, колдунья склонилась над Кэлен и тут же принялась за дело, пытаясь исправить непоправимое.

Воины в коридоре поднялись и сбились в молчаливую, потрясенную толпу.

– Исцели ее, – взмолился Ричард. – Никки, ты должна. Не дай ей умереть. Прошу, Никки, не дай ей умереть.

Колдунья бросила на него снизу вверх короткий взгляд, затем, сдержавшись, повернулась к морд-ситам.

– Отнесите ее в спальню и положите на кровать, но не трогайте кинжал.

Ричард вырвался от трех пытавшихся удержать его женщин, бросился к Кэлен и подхватил на руки ее безвольное тело.

– Я сам.

84

Стены в комнате, куда их привела Кассия, были из кремового камня. Одну закрывал большой толстый гобелен, изображающий сцену в темном лесу. Эта сцена напомнила Ричарду о том месте в Хартленде, где он впервые увидел Кэлен.

За единственным окном комнаты стоял мрак Темных земель. Дождь мягко барабанил по ромбикам витража из свинцового стекла, а темно-рыжий ковер поглощал шум дождя и низкие раскаты грома.

На кровати под балдахином лежало темное сине-зеленое покрывало с вышитой золотой каймой. Тяжелую драпировку из той же сине-зеленой ткани собрали по углам постели, что придавало ей сходство с алтарем.

Мертвая Кэлен лежала на этом ложе, будто для церемонии прощания.

Ричард стоял, онемевший, оцепенелый, и смотрел, как Никки отчаянно пытается сделать все возможное. Наблюдая, надеясь, силясь убедить себя, что колдунья спасет Кэлен, он на самом деле все прекрасно сознавал.

Никки медленно извлекала кинжал, оценивая повреждения от каждого дюйма лезвия. Ричард не мог поверить, насколько оно длинное. Не мог поверить, что сталь так глубоко проникла в сердце Кэлен.

Ричард сам заточил для Кэлен этот кинжал и поэтому знал, что он бритвенно-острый. Достаточно острый, чтобы даже хрупкой девушке удалось вонзить его в грудь Кэлен на всю длину.

Никки наконец полностью извлекла окровавленный кинжал и некоторое время смотрела на него, не зная, что делать. Затем вложила его в ножны на поясе Кэлен, вероятно для того, чтобы никто случайно не поранился.

Три морд-сит безмолвно охраняли дверь, чтобы никто не мог войти.