МИ (Цикл)

Дед был прав: Ричард не просто посвятил всего себя борьбе, но вынудил к тому же Кэлен. Ему не удавалось подобрать слова, которые не прозвучали бы жестоко.

– Настала пора провести все оставшееся нам время вместе, пока это возможно. Умоляю, Ричард, не отказывай мне в той жизни, что осталась. Не покидай меня ради своего долга. Все свое время мы посвятили служению идее, плодами которой никогда не могли насладиться. Мы посвятили себя делу жизни, а на саму жизнь у нас времени не было. Давай жить, пока не поздно. Пожалуйста, Ричард. Это моя единственная просьба.

Теперь Ричард начал понимать, почему Кэлен так расстроила беседа с прорицательницей, хотя и не знал, о чем они говорили.

Почувствовав, что по его щеке течет слеза, он решил, что его, наверное, обуревают схожие чувства.

– Мудрейшая из известных мне женщин, в которую мне довелось влюбиться, – надменно изрек Ричард, – однажды сказала, что все мы способны быть лишь теми, кто мы есть. Ни больше ни меньше.

Протянув руку, Кэлен стерла с его подбородка слезу.

– Прости, Ричард. Прости за такую слабость. Уверена, завтра мне станет лучше.

– Ты не слабая, – прошептал он. – Ты – единственная, кого я люблю, и ты какая угодно, но не слабая. Ты сильнее всех, кого я знаю.

– Не переоценивай меня, Ричард. Я слабее, чем ты думаешь.

Он не мог не спросить:

– Что тебе сказала прорицательница?

Кэлен приложила палец к его губам:

– Ни слова. Нам нужно отдохнуть. Из-за прикосновения смерти у меня ужасно болит голова.

– У меня тоже жуткая головная боль, – признался Ричард.

– Завтра мы от нее избавимся. Отдыхай. Завтра Никки исцелит нас. А сегодня я вымотана, поэтому прошу, любовь моя, просто обними меня и позволь этой ночью оставаться слабой. А завтра, исцелившись, я снова обрету силу.

71

Ричард с большей частью их отряда продвигался по унылой Сааведре, а небольшая часть воинов рассыпалась по улицам и закоулкам в поисках затаившихся врагов. Но поскольку Ханнис Арк вряд ли теперь беспокоился о небольшой, отдаленной Сааведре, вряд ли он стал бы обеспечивать оборону. Да и зачем? Он метил гораздо выше – хотел править миром, а не провинцией Фейджин.

Мрачный и грозный Джейк Фистер шел по вымощенной булыжником главной улице во главе отряда воинов Первой когорты с суровыми устрашающими лицами. Он понимал, что проявление силы – не агрессия, а лишь сдерживающий фактор.

От легкой измороси их кольчуги блестели. Ричарда и женщин тоже сопровождали воины, готовые защитить их при необходимости. И хотя их оружие покоилось в ножнах, Ричард знал, что бойцы мгновенно могут обнажить его. Это оружие служило не для украшения, а было опасным инструментом военного ремесла, и каждый воин мастерски им владел.