МИ (Цикл)

– Вы наконец-то пришли в себя и поняли, что вам нельзя туда?

– Послушай, Саманта, – сказал Ричард, – ты и сама знаешь, что не сможешь освободить нас от прикосновения смерти, полученного от Терновой Девы, – только мои друзья способны сделать это. Единственный способ спасти нас с Кэлен и вернуть надежду всем остальным – вырвать их из лап шан-так и добраться до сдерживающего поля в Народном Дворце. Потом они вылечат нас, и я смогу подумать, как избавиться от угрозы, исходящей от третьего царства, пока не поздно. Вот и все.

– Вот и все? А что, если Зедд, Никки и остальные уже мертвы?

– Тогда и я вскоре умру, а вслед за мной – все до единого. Мне нужны Зедд и Никки. Если есть хоть небольшой шанс, что они еще живы, я должен попытаться их найти.

– Но… но это же земля, кишащая полулюдьми и живыми мертвецами. И кто знает, какие еще жуткие чудовища могут населять третье царство. Это слишком опасно.

– Я – избранный, помнишь?

– Да, и именно поэтому вам туда нельзя. Вы нужны здесь!

– Каков тогда твой план? – Ричард взглянул на Саманту. – А? Как мы остановим полулюдей и армии мертвецов, вернувшихся к жизни? Без исцеления я скоро умру, и тебе придется сражаться в одиночку. Так что ты предлагаешь?

Саманта на мгновение сжала губы.

– Хорошо, – произнесла она. – Думаю, это веские основания, Лорд Рал. Но мне все равно не нравится ваше намерение идти туда.

– Мне самому это не очень нравится, но если я умру, то оставлю остальных без помощи. По сути, послание на камне говорило именно об этом – что я боевой чародей, и война теперь моя ответственность. Я – боевой чародей. Война – мой долг и единственное, на что я способен.

– Боевой чародей без дара, – напомнила девушка."

"Ричард не ответил; Саманта с разочарованным вздохом опустила светящийся шар на железную подставку в стене и вошла за ним в комнату, где лежала Кэлен. Больше там никого не было.

Ричард встал на колени возле Кэлен, наблюдая за ее медленным, но ровным дыханием. Глядя на нее, он неизменно поражался ее красоте. С первого взгляда Ричард понял, что она та самая, единственная. Всякий раз, когда он видел ее лицо, ему становилось легко на сердце.

Единственная для него. Последняя в своем роде. И Ричард был намерен спасти ее.

Саманта сказала, что исцелила некоторые из ран и после отдыха Кэлен очнется. И хотя основная проблема останется, она будет в сознании и не будет чувствовать боль и дурноту, вызванные ранами и потерей крови.

Приложив руку ко лбу Кэлен, Ричард с облегчением почувствовал, что жара у нее нет. Это хороший знак, сказал он себе, скоро она очнется. Но Ричард не знал, насколько скоро, а время работало против него.