МИ (Цикл)

— А что же такое магия волшебников?

Эди задумчиво посмотрела на Ричарда.

— На свете быть много разной магии. Зубы и язык быть только двумя. Волшебники знают все, кроме магии подземного мира. Волшебники используют почти все из того, что им известно. — Она опустила взгляд на Зедда. — Он быть очень опасным.

— От него я видел только доброту и понимание. Он великодушный.

— Это правда. Но все же он опасен, — повторила Эди.

Ричард решил не обсуждать это.

— А Даркен Рал? Ты слышала о нем? Какой магией владеет он?

Глаза Эди сузились.

— О да, — прошипела она. — Я слышала о нем. Он владеет всей магией, которая есть у волшебников, и владеет магией, неподвластной волшебникам. Даркен Рал знает магию подземного мира.

У Ричарда мороз пробежал по коже. Он хотел спросить, какой магией владеет Эди, но решил, что лучше не стоит. Тем временем костяная женщина повернулась к Кэлен.

— Знай, дитя, ты владеешь подлинной силой языка. Ты никогда не видела ее. Если когда-нибудь ты дашь ей волю, то совершишь нечто ужасное.

— Я не знаю, о чем ты говоришь, — сказала Кэлен, нахмурив брови.

— Это правда, — кивнула Эди. — Это правда. — Она потянулась, осторожно положила руку на плечо Кэлен и привлекла ее к себе. — Твоя мать рано умерла. Прежде, чем ты выросла. Прежде, чем ты достигла того возраста, когда можно это понять.

— Научи меня этой магии, — напряженна произнесла Кэлен.

— Не могу. Прости. Мне не дано понять, как она действует. Это быть тем, чему тебя могла научить только мать, когда ты стала взрослой. И раз мать не научила тебя, знание быть потерянным. Но сила еще быть здесь. Будь осторожна. То, что тебя не научили этой магии, еще не значит, что она никогда не проявится.

— Ты знала мою мать? — шепотом спросила Кэлен. В ее голосе зазвучала боль.

Эди посмотрела на Кэлен, и лицо ее смягчилось. Она медленно кивнула.

— Я помню твое родовое имя. И помню ее зеленые глаза. Их нелегко забыть. У тебя ее глаза. Я познакомилась с ней в те дни, когда она носила тебя.

По щеке Кэлен скатилась слеза.

— У моей матери было ожерелье с маленькой костью, — с той же болью в голосе продолжила Кэлен. — Она подарила мне его, когда я была еще ребенком. Я всегда носила его, пока... Денни.... моя названная сестра... когда она умерла, я похоронила вместе с ней это ожерелье. Оно ей так нравилось. Это ты подарила его моей матери, да?

Эди закрыла глаза и кивнула.

— Да, дитя. Я подарила его твоей матери, чтобы защитить еще не рожденную дочь, чтобы охранить ребенка, чтобы девочка смогла вырасти такой же сильной, как ее мать. Я вижу, что так оно все и вышло.

Кэлен обняла старуху.

— Спасибо, Эди, — сказала она со слезами в голосе. — Спасибо, что помогла моей матери.

Одной рукой опираясь на костыль, другой Эди с искренним сочувствием погладила Кэлен по спине.