МИ (Цикл)

Когда она приблизилась, один из них спокойно постучал в дверь рукоятью копья. Кто-то был внутри! Кэлен бросила гневный взгляд на охранников и, отворив дверь, вошла в первую комнату.

Там никого не было. Она вбежала в спальню и застыла на месте. Принц Фирен стоял на ее постели, спиной к двери.

Он оглянулся и с усмешкой помочился на ее постель.

Затем принц повернулся к ней лицом и стал как ни в чем не бывало застегивать штаны.

— Во имя духов, ты понимаешь, что делаешь? — прошептала она.

— Показываю Матери-Исповеднице, как мы все счастливы, что она вернулась домой, — ответил принц спокойно и прошествовал к двери, пожелав ей спокойной ночи."

"Кэлен шесть раз дернула шнур звонка. Когда она выходила в коридор, явились шесть служанок.

— Что угодно Матери-Исповеднице?

Кэлен стиснула зубы.

— Вытащите мой матрас, все простыни и покрывала во двор и сожгите их!

Девушка изумленно воззрилась на нее.

— Как, Мать-Исповедница?

— Я сказала: вытащите мой матрас, простыни, покрывала во двор и сожгите их все, — повторила Кэлен, сжав кулаки. — Что вам непонятно?

Все шесть девушек смотрели на нее, широко открыв глаза.

— Да, Мать-Исповедница. Именно сейчас, Мать-Исповедница?

— Если бы мне надо было это сделать завтра, я бы позвала вас завтра, — ответила Кэлен.

Она спустилась вниз, в переднюю перед входом, как раз когда принц Фирен присоединился к человеку в балахоне, который ждал его там. Незнакомец в балахоне снова посмотрел Кэлен в глаза.

— Стража! — кивнула Кэлен, и несколько человек в дворцовых мундирах бросились к ней. — Я объявляю, что неприкосновенность официальных представителей дружественных держав временно отменяется. Если я замечу в моем дворце эту кельтонскую свинью или кого-то из его личной охраны, в любое время, кроме завтрашнего заседания Совета, я сама спущу с вас шкуры после того, как убью его!

Кэлен заметила госпожу Ордит, которая слышала ее слова.

— Госпожа Ордит! — сказала Мать-Исповедница. — Кажется, ты говорила, что ты — гостья в Кельтонском дворце? В таком случае ты должна немедленно покинуть мой.

Та наскоро попрощалась, а Кэлен повернулась к ней спиной и пошла в свои покои, взяв с собой несколько стражников. Она велела им выстроиться в шеренгу у ее дверей и сказала:

— Если этой ночью кто-то попытается попасть в мои комнаты, то пусть он пройдет, только перешагнув через ваши трупы. Вы поняли?

Они молча отдали честь.

Войдя к себе, Кэлен набросила на плечи белую накидку и вышла на балкон. Она стояла и смотрела вниз, на то, что происходило во внутреннем дворе.

Ей хотелось бежать отсюда, но нельзя. Она Мать-Исповедница, и ей следует делать то же, что делали все Матери-Исповедницы до нее: защищать Срединные Земли. Она осталась одна, и никто сейчас не поможет ей исполнить долг.