МИ (Цикл)

Тем самым он делал им приятное и одновременно старался усыпить подозрения по поводу его частых визитов в запретные сады.

Всего сестер во Дворце было около двухсот, но с Ричардом работали только шесть из них.

Сестры Тови и Цецилия были пожилые и походили на добрых, любящих бабушек. Тови обычно приносила на занятия пирожки. Цецилия, прежде чем уйти, непременно хотела поцеловать Ричарда в лоб. Обе они ужасно краснели, когда он дарил им редкие цветы. Ни одну из них Ричард не мог представить своим врагом."

"Черноволосая сестра Мерисса, когда она впервые появилась в комнате Ричарда, держалась так надменно, что он с трудом находил слова. Такое же впечатление произвела на него сестра Никки, никогда не носившая никакой иной одежды, кроме черной. Сестры Мерисса и Никки были постарше Паши, примерно его ровесницы или года на два постарше. При этом они держались очень надменно. Хотя Мерисса была жгучей брюнеткой, а Никки — блондинкой с голубыми глазами, казалось, обе были высечены из одной каменной глыбы.

Сила магии, исходившая от Хань этих сестер, окружала обеих своеобразным ореолом. Иногда Ричарду даже казалось, что вокруг них рассыпаются невидимые искры. Обе они не ходили, а словно плыли, но Ричард не сомневался — каждая способна взглядом прожечь металл. Обе эти сестры никогда не улыбались, а лишь позволяли себе подобие улыбки.

Однажды Ричард подарил сестре Никки один из редких цветов. Обычные в таких случаях объяснения сразу вылетели у него из головы, когда она посмотрела на него. Сестра осторожно, словно боясь запачкать руку, взяла белую розу, изобразила на лице подобие улыбки и равнодушно произнесла: «Благодарю, Ричард». С тех пор он не дарил цветов ни сестре Никки, ни сестре Мериссе. Кажется, подарок меньше, чем драгоценный камень, был для них оскорблением.

Ни одна из них во время занятий не садилась на пол, да это и представить себе было невозможно. Обе были скупы на слова.

Но при всем при том их туманные речи не оставили у Ричарда сомнений: ни одна из них не отказалась бы с ним провести ночь. Он не мог поймать на слове ни ту, ни другую, и все-таки это было ему ясно.

Но он делал вид, что ничего не понимает, а их туманная манера выражаться вполне позволяла ему пойти таким путем. Ричард молил духов, чтобы сестры никогда не сделали ему подобного предложения явно, ведь тогда он решился бы не сказать им «да», только онемев. Обе они заставили его вспомнить слова Паши о необузданных страстях мужчин. Только в этом случае сами сестры казались ему воплощением того, что вызывает такие страсти и способно поработить тех, кто их проявляет.

Когда Паша узнала, что сестры Мерисса и Никки — в числе наставниц Ричарда, она сказала только, что это очень одаренные сестры и они помогут ему настроиться на свой Хань.