МИ (Цикл)

Она пыталась вырваться, даже ударить его, визжала и сопротивлялась, как могла, но тело перестало ей повиноваться. Ее тащили по снегу, словно куклу. А между тем Кэлен чувствовала, как яд распространяется по телу.

Она заплакала. Орск, Тоссидин, Чандален… а теперь ее очередь. Как мог Приндин сделать такое? Как он решился? Он ведь заколол собственного брата как ни в чем не бывало! Как человек вообще мог пойти на такое. Человек ли это, или…

Дитя Погибели!

Кэлен была поражена внезапной страшной догадкой. До сих пор она не очень-то верила в существование детей Погибели, хотя волшебники говорили ей о них. Ей казалось, что это лишь предрассудки суеверных людей, что нет этих посланцев Смерти, подземного мира, которые охотятся за живыми. Но теперь она убедилась: это правда.

Теперь она сама попала в лапы такого Посланца Погибели. О добрые духи, почему же никто не понял этого? Он помогал ей столько раз, и она доверяла ему!

Вот так он и получил возможность постоянно следить за ней и сообщать обо всем Владетелю. Недаром Даркен Рал смеялся над ее глупостью!

Теперь у Кэлен не осталось сомнений: завеса действительно разорвана. Даркен Рал не обманул ее. Он явился, чтобы окончательно уничтожить завесу, а она, Кэлен, имела глупость полагать, что прекрасно знает, что делает. И все это время Даркен Рал и сам Владетель наблюдали за ней глазами Приндина!

Но почему он ждал так долго, почему позволил ей участвовать в битвах, допустил, чтобы погибло столько людей?

Кажется, Кэлен поняла, почему. Владетель принадлежал миру Смерти, и его цель — уничтожать все живое. Он ненавидел жизнь, всякую жизнь. Для того, чтобы принести смерть всему живому, ему и потребовалось разорвать завесу.

Ненавидя живое, он наслаждался, когда люди умирали. Он вовсе не хотел слишком скоро прерывать боль, страдания, убийства.

Приндин тащил Кэлен через лес так, словно она сама уже мертвая. Левая нога онемела. По крайней мере теперь не будет так болеть рана.

Когда они добрались до шалаша, Кэлен увидела, что поляна завалена мертвыми телами, не только галеанцев, но и воинов Имперского Ордена, которых убил Орск. Вскоре, очевидно, Приндин должен будет передать ее войску Ордена, и они отрубят ей голову. Тогда всему конец, и она никак не сможет помешать всему этому. Она никогда не увидит больше Ричарда, и он никогда не узнает, как она любит его!

Приндин втащил Кэлен в шалаш и уложил на подстилку из ветвей. Потом он зажег еще две свечи. Кэлен очень старалась не потерять сознание.

— Я хочу видеть тебя, — сказал он ей. — Я хочу хорошо видеть тебя: ты выглядишь очень соблазнительно.

Она всегда любила его улыбку, но сейчас она ненавидела ее.

Приндин откинул в сторону меховую накидку. Он больше не улыбался. Глаза его стали дикими.