МИ (Цикл)

Он начал скороговоркой, словно боялся не успеть:

— Я хотел отправиться в лагерь к тем людям, как ты их называешь, к Имперскому Ордену. Я хотел попросить их, чтобы они приняли меня к себе, и провести к ним всех моих товарищей. Чтобы им понравиться, я хотел им рассказать все о нашем войске и о твоих планах. Мне не хотелось умирать, я думал, что у них больше шансов победить, чем у тебя, и я решил уйти к ним. Я думал, что когда к ним придет много народу, много воинов, которые помогут вас разгромить, то эти люди, Орден, обрадуются и примут нас к себе. — Внезапно он разрыдался. — О, госпожа, прошу тебя, прости меня за то, что я хотел причинить тебе зло! Скажи мне, чем я могу заслужить твое прощение. Я ведь хотел убить тебя. Прошу тебя, госпожа, скажи мне, что я должен делать, и я все для тебя сделаю.

— Я хочу, чтобы ты немедленно умер, — ответила Кэлен ледяным голосом.

Вильям Мосль упал на землю у ее ног, корчась в предсмертных судорогах. Через несколько мгновений, показавшихся Кэлен бесконечными, он затих. Все было кончено.

Кэлен подняла глаза. Она посмотрела на Приндина, который стоял позади застывших от ужаса Райана и Гобсона. Чандален также бросил на Приндина яростный взгляд. Кэлен заговорила на его языке:

— Приндин, я ведь сказала тебе, что ты должен добиться, чтобы все они были уничтожены. Почему ты не сделал этого?

Он пожал плечами:

— Им не хотелось заниматься этим. Командир им сказал, чтобы они перебили всех, а этого — доставить к тебе. Когда мы уходили отсюда, я не знал этого, иначе сказал бы тебе об этом заблаговременно. Всего наших было двести пеших и сотня конных. Им не очень-то хотелось этим заниматься, и я мог разве что убить этого Мосля сам. Но я понял, что они тогда убьют меня самого, и я больше не смогу защищать тебя, а самое главное: я знал, что ты права, и понимал, что ты дашь им хороший урок.

— Удалось ли кому-то из них бежать? — спросила она."

"— Нет. К моему удивлению, те, кого ты послала, хорошо справились со своим делом. Они — славные ребята. Им хотелось плакать, но они все же выполнили твой приказ. Никому из тех убежать не удалось.

Кэлен тяжело вздохнула.

— Я понимаю тебя, Приндин. Ты поступил правильно! — Она поглядела на Чандалена и добавила: — Чандален, конечно, тоже поймет тебя.

Эти слова прозвучали как приказ.

— Доволен ли ты теперь, командир?

— Да, Мать-Исповедница, — ответил он сдавленным голосом.

— Всем все ясно? — спросила она, обращаясь к воинам.

— Да, Мать-Исповедница, — ответили они нестройным хором.

Если до сих пор в лагере и были люди, которые не боялись Кэлен, то теперь таковых не осталось. Большая часть этих ребят впервые увидела волшебство, и было оно не светлым и прекрасным, а мрачным и жутким.

— Мать-Исповедница, — еле слышно сказал командир Райан, все еще сжимая в руке свой нож.