Возле Тьмы. Чужой

Даже снегоступы вязнут, проваливаются, от этого упасть норовишь чуть ли не через каждый шаг. Метров через сто пересек дорогу, примыкавшую к шоссе, наплевав на оставляемые следы, затем вновь углубился в лес. Звук моторов все ближе и ближе, теперь уже понятно, что едут не куда-то, а именно в эту сторону. Военные? Кто-то другой?

Опять упал, снегоступ угодил под скрытую снегом ветку, зацепился там. Поднимаясь, начерпал снега в рукава и перчатки, выматерился злобно, погреб дальше. Еще позицию найти надо… или выждать момент, чтобы ее занять.

Треск моторов уже совсем рядом, теперь только сесть в снег и замереть, пропустить их мимо. Укрылся за старой разлапистой елью, замер, не шевелясь, и вскоре увидел, как по полускрытой от меня деревьями дороге пронеслось несколько квадроциклов. Ну точно угадал, они самые. И пропустив их мимо, сменил прицел винтовки с трехкратного на большую оптику, а потом, пригнувшись, пошел в сторону просвета между деревьями. Метров через двадцать уже лег на живот и пополз, стараясь не начерпать снегу в ствол и механизм винтовки.

Звук моторов между тем немного затих, превратившись в утробное почихивание на холостых оборотах. Забравшись под низкие ветви ели и укрывшись частично ее стволом, я глянул на дорогу сначала так, а потом и в прицел, откинув крышки. Изображение немного загуляло, я дышал так тяжело, словно марафон пробежал, но затем прижал цевье к стволу — и картинка стабилизировалась.

Приехавшие остановились как раз у поворота к дому. Шесть квадроциклов, все как на подбор серьезные утилитарники, возле них семеро вооруженных людей. Не по-охотничьи вооруженных, посерьезней: у кого АК, у кого «Ругер Мини», у двоих AR15. А вот одеты все кто как, хотя преобладает в одежде охотничий камуфляж. Вязаные шапки «бини», овчинные охотничьи шапки, бороды, двое или трое курили, явно задымив после того, как слезли с машин: на ходу на кваде не очень-то покуришь. У двоих или троих я заметил рации, причем не туристические, а покруче, а еще на одном из квадроциклов разглядел длинную антенну, сейчас согнутую дугой. То есть, случись что, они могут и помощь вызвать, наверное?

Люди о чем-то спорили, указывая друг другу то в сторону дома, то на мои следы, то на то место, в котором я вошел в лес. Похоже, следы их немного сбили с толку — вроде как теперь непонятно кого и где искать.

А я тоже чувствовал себя донельзя озадаченным. Причем озадаченным самым простым из возможных вопросов: а что делать-то? Мне совсем не нравится, что кто-то обнаружил мое укрытие, но я понятия не имею, кто его обнаружил и зачем. Еще я понимаю одну простую вещь: у меня есть всего одно-единственное преимущество, если эти люди приехали с враждебными намерениями.