Возле Тьмы. Чужой

На въезде на территорию аэропорта видны были остатки военного блока. Видать, карантин так пытались поддерживать. Здание терминала современное, построено уступами, смесь стен «под песчаник» и сейчас пыльного стекла. Потом дорога повела в объезд огромной парковки, в середине которой была видна огороженная колючкой и теперь почти пустынная территория, на которой видно было лишь два трейлера с эмблемой FEMA, пыльных и заброшенных.

Немножко повиляв, дорога от аэропорта вывела на хорошее широкое шоссе, ведущее уже к городу. «Юкон» катил по нему как по перине — тяжелая, длинная, комфортная американская машина, при этом не внушающая мне абсолютно никакого доверия в плане проходимости. Случись уткнуться в какие-нибудь проблемы — и… Съезжать на ней на бездорожье совсем не хочется. Если придется ехать дальше землей, то я бы поменял этот большой и комфортный автомобиль на что-то вроде того джипа, что пришлось оставить в Боулдере.

Кстати, а тут в городе ничего такого найти не получится? Неплохо бы местными «Желтыми страницами» разжиться. Где тут ближайшая заправка? Или какой-нибудь «угловой магазинчик»…

«Юкон» неторопливо проехал мимо площадки, уставленной «premanufactured»-домами — теми же мобильными, но побольше и посерьезней, которые точно так же привозятся трейлером и быстро устанавливаются на заранее подготовленный фундамент. Тут из таких, кажется, весь город состоит, пока ни единого более или менее капитального строения не видел, разве что за исключением главного терминала аэропорта.

За площадкой «домоторговца» я увидел именно то, что нужно, — заправку. Точнее, даже магазинчик, а заправка уже при нем, просто в магазине наряду со всякими орехами в пакетиках и содой продают еще и бензин. Назывался магазинчик «Лоаф-Н-Джаг», и как это перевести на человеческий язык — я не в курсе.

Магазинчику досталось: витрины были выбиты, прямо на стоянке перед ним я увидел как минимум два комплекта чьих-то костей, сейчас уже полностью обглоданных, с клочьями гнилого мяса. Стало как-то зябко, я передернул плечами, несмотря на то что в кабине было тепло, даже, наверное, жарко. Но трупоедов поблизости я не чувствовал. Впрочем, обглодать могли и «лучшие друзья человека», а их я чувствовать не умею. Но пока их не видно.

— Вот так оно лучше будет, — пробормотал я, подхватывая с соседнего сиденья дробовик, до того стоявший стволом в пол.

Холодно и ветрено, от костяков даже запаха уже не чувствуется. Впрочем, это и хорошо, так я на всю жизнь всякого нанюхался. Нет, собак вблизи не видно и не слышно, зато видно двух ворон, которые стараются что-то обклевать с еще одного костяка, лежащего поодаль, в густой траве. Захотелось пальнуть по этим воронам, но решил все же не шуметь.